Пока набиралась ванна, вернулась на кухню, поставила чайник. Посмотрела на тюльпаны. Они стояли в двух вазах и выглядели прилично, почти как у взрослого человека, у которого все хорошо.

Все хорошо , – подумала я. –Пятница. Ванна. Завтра суббота. Все абсолютно… Звонок в дверь. Посмотрела на часы, на халат, потом снова на дверь.

Может, соседка снизу. Или почтальон. Или просто ошиблись этажом. Или дисциплинированный сосед. Открыла дверь.

Олег стоял на пороге с букетом роз: красных, крупных, штук двадцать и улыбался, как человек, который не сомневается в том, как его встретят. Я смотрела на него секунды три.

– Нет, – сказала.

– Маш, – голос мягкий, примирительный, тот самый, который я когда-то считала обаятельным. – Ты даже не выслушала меня.

– Я выслушала в прошлый четверг. И до этого еще несколько раз.

– Я просто хотел поздравить, – он шагнул вперед. Я не успела, или среагировала недостаточно быстро, и вот он уже в коридоре, с розами, с улыбкой, с видом человека, которого впустили, хотя его никто не звал и не ЖДАЛ!

– Олег, выйди, пожалуйста.

– Маш, давай нормально поговорим, – он уже осматривался: коридор, вазы с тюльпанами на кухне, халат, мои голые ноги. Взгляд профессионального оценщика. – Неплохо устроилась.

– Олег.

– От кого тюльпаны? – кивнул в сторону кухни. Улыбка чуть изменилась. – Многовато для одинокой девушки.

– От учеников. Я учитель, если ты забыл. Мы сегодня отмечали.

– А, ну да.

Олег прошел на кухню, именно прошел, без разрешения, деловито, как по своей территории. Положил розы на стол, посмотрел на миску с шоколадками. Посмотрел на меня.

– Маш, я понимаю, что накосячил, – теперь он говорит серьезно, без улыбки. – Но ты же ухватилась за этот повод. Ты и раньше искала повод уйти.

– Повод, – повторила в недоумении.

– Ну, – он пожал плечами. – Измена – это, конечно, плохо, не спорю. Но ты так ухватилась за это, как будто только и ждала.

Что-то во мне очень тихо и спокойно щелкнуло.

– Олег. Ты изменил мне с моей подругой, три месяца мне врал, а когда я узнала, первое, что ты сказал: «Ты всегда была слишком эмоциональной». Это был не повод. Это был конец. Ты понимаешь, что означает слово КОНЕЦ? И это не член!

– Я пытаюсь извиниться…

– Ты пытаешься переписать историю, – сказала громче, чем собиралась, – а это, между прочим, моя профессиональная сфера, и у меня хорошая память.

– У тебя кто-то есть, – вдруг сказал Олег. Резко, без перехода. Взгляд стал другим, не примирительным, а таким, какой я тоже помнила. – Поэтому ты и не хочешь разговаривать. Уже давно, да? Поэтому так легко ушла.