— Проходи. Чувствуй себя как дома.

Я переступила порог и замерла. Внутри было просторно, но уютно. Большая гостиная с камином, мягкие диваны, на полу — тёплый паркет. Стены украшены картинами — не репродукциями, настоящими, с масляными мазками. На журнальном столике лежала раскрытая книга — Булгаков, «Мастер и Маргарита».

— Ты читаешь? — спросила я, удивлённо обернувшись.

— А что, не похож? — он снял пальто, повесил его в шкаф. — Я не только стрелять умею.

— Нет, я не то хотела сказать. Просто… редко встречаю мужчин, которые читают классику.

— Тогда ты мало встречала мужчин, — он улыбнулся, и эта улыбка снова преобразила его лицо. — Пойдём, покажу тебе комнату.

Мы поднялись на второй этаж. Длинный коридор, несколько дверей. Демид открыл одну из них.

— Это твоя спальня.

Я вошла и ахнула. Большая кровать с белоснежным постельным бельём, балкон с видом на лес, свой санузел — мрамор, зеркала, огромная ванна. На туалетном столике стоял букет свежих роз.

— Это ты? — я повернулась к нему.

— Хотел, чтобы тебе было приятно, — он стоял в дверях, прислонившись к косяку, и смотрел на меня с какой-то теплотой. — Твои вещи привезут завтра. Я попросил твою подругу, собрать самое необходимое. Она знает, что ты здесь.

— Ты связался с Варей?

— Только чтобы она не волновалась. Я объяснил, что ты в безопасности. Она просила передать, что убьёт тебя, если ты не позвонишь ей сегодня вечером, — он усмехнулся.

Я невольно улыбнулась. Варя — она такая.

— Спасибо, — сказала я искренне. — За всё.

— Не благодари. Я делаю это не из альтруизма, — он сделал шаг ко мне, и я почувствовала, как воздух стал гуще. — Я уже сказал: ты будешь моей. Но не сегодня. Сегодня ты отдыхаешь. Привыкаешь.

— А завтра?

— Завтра поговорим, — он развернулся и вышел, но на пороге обернулся. — Ванна наполнена, вода горячая. Полотенца в шкафу. Ужин будет через час.

Я осталась одна.

Прошлась по комнате, потрогала шторы — тяжёлый бархат, приятный на ощупь. Открыла балконную дверь — прохладный воздух ворвался внутрь, и я вдохнула полной грудью. Свободно. Впервые за долгое время.

Я подошла к ванной. Огромная, на ножках-лапах, в стиле ретро. Вода уже была налита, на поверхности плавала пена. Я разделась, глядя на себя в зеркало — синяки на бёдрах, ссадины на коленях, следы вчерашнего падения. Но внутри, там, глубоко, росло что-то новое. Надежда.

Я погрузилась в горячую воду и закрыла глаза. Тепло расслабляло мышцы, снимало напряжение. Я думала о Демиде. О его глазах — серых, пронзительных. О его голосе — низком, который заставлял мурашки бежать по коже.