— Так строю уже, — рассмеялся я.

— Да знаю уже, — рассмеялся он. — По маленькой?

— Коктебелю?

— Не-е-е… Сегодня настроение хорошее, можно и армянского.

Я прошёл к его «бару», встроенному в какой-то старинный комод, достал «Ной» и пару круглых бокалов. Поставил их на столик. Из холодильника достал всё коньяку причитающееся. Разлил.

Юрий Иванович поднял бокал и сказал:

— Давай, Миша, выпьем за этот день.

Он сделал паузу, хитро улыбнувшись. Я не выдержал, но он и ждал моего вопроса, испросил.

— Что ж за день такой?

Дроздов помолчал.

— Этот день, Миша, мы позже будем отмечать, как день перелома нашей экономики. Перелома в положительную сторону, вверх.

— Чегой-то? — Недоверчиво произнёс я

— Тогой-то! Сегодня Алхимов доложил о том, что Министерства финансов наконец-то рассчиталось с Госбанком по долгам. А это, между прочим, в восемьдесят пятом году было тридцать один миллиард наших с тобой кровных рублей.

Я понимал, что это значит, но особо виду не подавал. Меня, от осознания грандиозности момента пробила дрожь. С начала шестидесятых годов Министерство финансов СССР не субсидировалось, а кредитовалось. И кредиты, чаще всего прощались.

Кредитный портфель был на столько рисковым, что выжить экономика СССР не могла. Некоторые отрасли финансировались с большим запасом по отношению к выпускаемой продукции. Доля ВПК, со своими танками и «научными изысканиями», составлял половину от указанной суммы. С танков Иваныч и начал… Но сначала мы пригубили.

— Понимаешь, начали мы с того, что танки переделали в спецтехнику для буровых. Они очень хорошо себя показали в восемьдесят пятом в сибирских болотах и на северах. За счет них и конверсии ВПК вылез из финансового болота уже через три года, Миша! НИИ перепрофилировали на выпуск продукции, создав при каждом промышленные цеха, где они доказывали наглядно перспективность своих разработок.

— Да! Все заметили. Товар появляться уже в восемьдесят восьмом.

— Изменили отношение к производственным предприятиям, отдав на решение директора кадровые вопросы и планирование.

Я посмотрел на него вопросительно и плеснул в бокалы янтарной жидкости.

— Штатное расписание, — коротко сказал он. — Отдали им. Сами принимают увольняют, расширяют, урезают исходя из дохода, а не финансирования. Но планы по выпуску сразу корректировались министерством в «бюллетенях дефицита». Помнишь такие?

— А то! — Граждане поначалу были в шоке, когда узнавали, что в Стране есть запланированный дефицит гречки и колбасы.

— Для того и ввели карточки. Но тут же возникли кооперативы и через год гречки было завались, а пшеницу стали экспортировать.