«… Та-а-ак…Народный фонт Латвии возглавил молодой журналист Дайнис Иванс. Ну, а кому же, как не ему возглавлять революционное движение?».

То же самое и практически в то же самое время (в течении 1988 года) произошло в остальных республиках Прибалтики и в Белоруссии. Россию обложили фронтами. Пока только общественными.

Получается, что я, сначала находясь в своеобразном мозговом параличе, а потом в почти таком же состоянии, обусловленном первой стадией влюблённости, прозевал самый важный для моей страны период. Сейчас стоял июль 1989 года, а на кону развал Союза Советских Социалистических Республик.

— Блять, — выругался я.

Коллега встал из-за стола, взял сигареты и вышел. Наверное, чтобы меня не стеснять и позволить мне себя не сдерживать.

* * *

— Что-то надумал? — Спросил Юрий Иванович. — Не вижу твоих докладных записок. Саботируешь распорядок?

— Не с кем посоветоваться, а вас не было.

— Советуйся, — вздохнул Дроздов.

— В народные фронты, я надеюсь, введены наши сотрудники?

— Естественно. Там же столько творческой интеллигенции. Примерно одна треть наши агенты.

— Помните английскую поговорку про собачий хвост?

— Помню. Ты думаешь, они скурвились и уже не на нашей стороне?

— Я придумал продолжение: «Хвост виляет не только собакой, но и её хозяином». Если они уже сейчас говорят: «Русские живите в России!», дальше будет только хуже.

— У Горбачёва мы нашли планы по организации этих Народных фронтов в поддержку перестройки и главную роль в их становлении должны были сыграть наши комитеты. Мы ничего не инициировали, так они сами по себе выросли.

— Всё инициировано до нас. Участие КГБ — фикция, для отвлечения от реальных инициаторов.

— Ты имеешь ввиду ЦРУ?

Я кивнул головой.

— К сожалению местные комитеты даже без команды сверху, включились в игру с общественниками. И мы знаем, что они грают на их стороне.

— Сейчас надо сконцентрироваться на РСФСР. В Прибалтике чистить, по-моему, уже поздно. Всё заросло дерьмом и мелкой ракушкой. Вы меня спрашивали про имена. Прибалтийские я пока вспомнить не могу, а вот Чеченские и грузинские я написал.

Я подал начальнику КГБ лист писчей бумаги с отпечатанным на машинке коротким списком. Он просмотрел и поднял на меня взгляд.

— А это справки по каждой фамилии.

Дроздов пролистал бумаги.

— Яндарбиев Зелемхан, 12 сентября 1952 рождения, председатель Комитета пропаганды художественной литературы Союза писателей СССР? И что?

— Один из основоположников и идеологов Чеченской Республики Ичкерия, — сказал я.

— Ичкерия?

Юрий Иванович взял простой карандаш и сделал какую-то отметку.