Соперник Демьяна. Старший адепт боевого факультета. Род Рейдов контролировал часть императорской гвардии, а в личном деле Кирсана было сказано: “склонен к провокациям, дисциплинарно гибок, политически защищён”. Последняя формулировка мне особенно понравилась. Читается как “трогать нельзя, терпеть придётся”.

Кирсан посмотрел на меня.

Он был красив иначе, чем Демьян. Светлее, мягче на первый взгляд. Серые глаза, аккуратная улыбка, дорогая форма, тонкие перчатки. Но в этой мягкости было что-то скользкое. Такой человек не ломает дверь. Он убеждает всех, что дверь сама виновата.

— Это и есть ведьма, ради которой ты испортил подъёмный график? — спросил он.

— График переживёт.

— А она?

Демьян не ответил сразу.

Я почувствовала, как девочки за моей спиной напряглись.

Кирсан улыбнулся мне.

— Кирсан Рейд. Старший курс. Боевой факультет. Добро пожаловать в Грозовой Предел, адептка…

— Вельская, — сказала я.

Коридор вокруг нас был слишком узким для такого количества наследников, ведьм и скрытых угроз. По стенам бежали светлые линии допуска, под потолком тихо гудели вентиляционные решётки, где-то за поворотом звенели ключи. Всё выглядело официально, буднично, правильно. И именно на этом фоне особенно неприятно было ощущать, как одно чужое слово — “ваша” — пытается поменять воздух рядом со мной.

— Арина Вельская, — повторил он. — Уже с меткой Ворона. Впечатляющее прибытие.

— Метка возникла из-за ошибки маршрута и будет снята.

— Конечно.

Он произнёс это так, что стало ясно: не верит ни одному слову, но рад, что другие тоже не поверят.

Демьян сделал шаг.

Совсем небольшой.

Кирсан перевёл на него взгляд.

— Спокойно. Я же поздравляю.

— Не надо.

— Тебя?

Он даже не повысил голоса. От этого сказанное ощущалось опаснее, чем если бы он сорвался.

— Её.

Кирсан снова улыбнулся.

— Как скажешь. Ваша ведьма — ваши правила.

Я ответила раньше Демьяна:

— Я не его ведьма.

Сказала спокойно.

Чётко.

Без лишнего вызова.

Просто поправила ошибку.

Кирсан посмотрел на меня с новым интересом.

Демьян тоже.

И вот его взгляд мне понравился ещё меньше. Потому что в нём было не раздражение. Там было что-то тёмное, собственническое и довольное, будто мой отказ от принадлежности почему-то только усилил его интерес.

— Простите, — добавила я. — Нам нужно к регистратору.

Куратор сразу ухватился за возможность.

— Да, верно, пройдёмте.

Мы обошли Кирсана и его спутников. Я старалась идти ровно, хотя чувствовала, как метка на запястье нагрелась. Демьян шёл рядом. Не за спиной. Уже рядом. Так, будто после слов Кирсана решил занять видимое место около меня.