— Постараемся.
Я слушаю долгие гудки отбоя, прикидывая, стоит ли туда лететь или обойдется.
Нет, не полечу. Мальчики должны вырасти. А для этого нет другого пути кроме самостоятельности. Надеюсь, я об этом не пожалею.
Матвей
Некоторое время после того, как завершил вызов, просто смотрю на телефон. Едет, значит. То есть летит. Вовремя он собрался. Ничего не скажешь. А с другой стороны, я уже здесь.
Ловлю такси, называю адрес и прошу по дороге заехать в цветочный. Адрес мне сказала Сашка, за что ей брльшое человеческое спасибо. Полька за это время, правда, разблокировала мой номер. И даже отвечала на звонки. Но ограничивалась всегда парой фраз. А я, стиснув зубы, давал ей успокоиться и прийти в себя. Однако, по-моему становилось только хуже.
Пока я не проснулся однажды утром и не понял — больше не могу.
Не могу быть вдали от моей девочки, потому что дико, безумно скучаю. Словно выброшенная на улицу псина. И что на самом деле все равно, что произошло у нее с Артемом и почему она мне не рассказала. Главное, что с ней все хорошо. Что все обошлось. Что она есть. Просто есть в этом огромном мире. И что я могу к ней поехать. Пусть злится и обижается, сколько влезет.
Подхватываю букет с сиденья, расплачиваюсь с таксистом. И набираю Полинин номер.
— Матвей⁈ — нерешительно раздается в динамике.
— Впустишь? -спрашиваю я, затаив дыхание.
Пусть будет так, что все это аремя не я один подыхал от тоски. Пожалуйста!
— А если -нет? — голос девушки ломается от волнения.
— Если нет, я разобью лагерь под твоими окнами.
Заонок обрывается, а сердце сжимается судорогой. И потом я стою, стискивая стебли цветов, не зная, как быть дальше.
Ровно до того момента, как дверь парадной распахивается, а моя девочка застывает напротив меня. В домашних шортах и майке. Но все равно самая красивая.
После бросается мне на шею. Я успеваю подхватить ее и прижать к себе. Крепко-крепко. Один раз — и на всю жизнь.
Потому что она — моя, а я — ее.
Глава 19
Матвей
А дальше — дальше я способен только чувствовать гибкое тело Полины в своих руках, ее жаркое дыхание, опаляющее мою кожу, тогда, когда я прекращаю ее целовать, гладкость и нежность ее кожи — там, куда могут дотянуться мои руки. Нам все равно, что мы на улице. Нет абсолютно никакого дела, смотрят на нас или нет. Единственное, что сейчас важно — это мы. Я осознаю, что теряю контроль над собой, что сейчас во мне говорит стремление обладать, но не могу остановиться. Не могу и не хочу. Не совсем понимаю, как мне это удается, но я заношу Полинку на второй этаж, где она живет. Ее руки сплетены на моей шее, ноги обхватывают бедра. И да, совершенно ясно для меня — она тоже скучала. Я захлопываю дверь за нами, отрезая нас от внешнего мира. Он нам сейчас не нужен.