Что же я все это время делал с ним⁈ И не видел…
Поднимаюсь и подхожу к нему, кладу ему руку на плечо.
— Разумеется, ты мне нужен, Артем! Даже не смей думать по-другому!
Ответом мне служит долгий взгляд.
— Но теперь я не уверен, что мне нужен ты…
Он отстраняется.
— Прости, я не настроен на душещипательные беседы.
Он уходит, а я остаюсь с тягостным ощущением, что я все испортил так что не исправишь.
Какое-то время смотрю в окно, за которым темно. А потом достаю телефон и жму «вызов».
Олеся отвечает не сразу. Голос заспанный:
— Алё?
При звуке ее голоса дышать становится легче. Все еще можно исправить.
— Я тебя разбудил? — зачем спрашиваю, не знаю.
Итак понятно, что разбудил. Но оставаться в одиночестве после тяжелого разговора с собственным сыном — невыносимо.
— Ничего, — она зевает, постепенно просыпаясь и начиная волноваться, — Что-то случилось? Матвей?
Чувствую еще один укол. Олесе ее сын таких слов точно не говорил.
— Ничего страшного, не волнуйся. Мне обещали, что найдут его в течение двух дней.
Заминка с ее стороны -секундная.
— Тот, кто обещал…Ему можно верить?
— Да.
Верить этому человеку можно и нужно.
— Как Еся?
— Хорошо. Тоже спит.
— А у тебя все нормально?
— Да.
— Когда вас завтра забирать?
— А я уже подумала, что ты нас здесь решил оставить. Я позвонила Полине. Она собрала вещи на выписку. Выписка в десять. Вещи до выписки надо передать медсестре. Торт, шампанское — надеюсь, ты об этом помнишь.
Тихонько смеюсь. Настроение улучшается.
— Я не совсем безнадежен.
— Правда? — чувствую, что Олеся улыбается.
Но через мгновение становится серьезной:
— Влад, у тебя что-то случилось?
Мне сейчас хочется рассказать ей то, что меня тревожит. Но по сравнению с тем, через что проходит она, мои трудности — пустяк. Мой сын — дома, живой и здоровый.
— Нет, Олесь, устал только.
Слышу тонкий писк, переходящий в протяжное завывание.
— Дочка твоя проснулась. Слышишь?
Не услышать трудно.
— А то. До завтра?
— До завтра, — отвечает моя будущая жена.
Они — мой шанс не ошибиться снова.
Шанс понять, как исправить прошлые ошибки.
Главное, не упустить и его.
Глава 10
Артем Холодов
Возвращаюсь в комнату, едва себя контролируя. Не знаю, почему так вышел из себя. Ничего неожиданного отец мне не сказал. «Я люблю тебя», «Ты мне нужен» — эти слова из его уст для меня пустой звук. Почему я ему не верю? Возможно, потому что привязанность к другому человеку заставляет желать его близости. У меня же все мое детстао было ощущение, что я для него помеха, ненужный элемент в его картине мира. Вот не будет меня и все его сооружение, над которым он столько работал, будет функционировать так, как надо. А со мной… Нет. И теперь, сказав два предложения, он рассчитывает все исправить? Разве так бывает?