— От него пришел человек, какой-то такой, что и дела с ним вести было бы странно. Мы сразу отказались. Но никто больше ни на чем не настаивал.
И тут же мелькнула мысль — или просто Матвей не хотел меня волновать. Как всегда, решил все взвалить на себя? И просчитался, потому что Каленов был местным криминальным авторитетом, который держал под собой город. Конечно, не стоило переоценивать его власть. Но и недооценивать его тоже не стоило.
— А может и настаивал. Но Матвей мне не рассказал. Он вполне мог так поступить, считая, что прав.
— Хорошо, что Вы вспомнили, Олеся. Каленый вряд ли бы отстал, если ему что-то понадобилось. А Матвей вполне мог решить, что справится сам.
— Они его убьют?
— Не раньше, чем добьются того, зачем все это затеяли. Но на это нужно время. Значит, оно есть и у нас. Олеся, не волнуйтесь. Мы его вытащим.
Нажав на отбой, некоторое время стою посередине комнаты. У меня еще были вопросы. Но их задать не хватило духу. Что будут делать с моим сыном, чтобы получить то, что им нужно? Только бы он сумел продержаться!
Я готова помчаться к этому уроду сама, отдать ему все, что есть. Но это бесмысленно. Как бы я не хотела так поступить. Меня, как и моего сына, в этом случае просто убьют, получив необходимые документы. Им не нужны свидетели. Значит, так поступать точно нельзя. Нам с ним есть зачем жить.
Следующие несколько дней даются мне и Полине особенно тяжело. Но если я пытаюсь справиться со своим эмоциональным состоянием ради дочери, повторяя как заклинание: «Все будет хорошо», то с Полиной дело обстоит хуже. Она все время плачет, отказывается от еды и сидит в комнате Матвея, вцепившись в его рубашку, которую дарила ему на день рождения. А ночью я проснулась от ее криков, поспешила к ней, но там уже был Артем, который ее отпаивал водой и пытался привести в чувство. Это получилось далеко не сразу, хотя мы и остались с ней. Ее психическое состояние внушает мне серьезные опасения.
Я хотела было переночевать с ней, но сын Влада меня выпроводил, сказал, что мне нужно отдыхать. Чувствовала я себя неважно, поэтому мне пришлось его послушаться.
Связь с Владом восстанавливалась пару раз и то ненадолго. Нам удавалось переброситься лишь парой фраз. И всё. Этого было ничтожно мало.
Однажды вечером я увидела в окно, как приехал Вячеслав. В дом он заходить не стал. Это меня насторожило. К нему вышел Артем. Я пошла следом.
В руках мужчина держал какой-то предмет одежды. Внимательно приглядевшись, я узнала эту вещь.
Это был шот, в которым был Матвей в день похищения.
Только выглядел он как-то не так.