— Я верю, что у нас есть шанс. Если будем работать вместе. — Пауза. — И если ты перестанешь сомневаться.
Он кивнул.
— Постараюсь.
Она усмехнулась, хлопнула его по плечу.
— Тогда увидимся завтра. И Дюбуа? — Она уже шла к двери, но обернулась. — Не влюбляйся. Я плохо работаю с теми, кто пялится на мою задницу вместо того, чтобы прикрывать спину.
Пьер фыркнул.
— Не волнуйся. У меня другие приоритеты.
— Отлично. — Она вышла, и дверь закрылась за ней с мягким щелчком.
Пьер остался один. Посмотрел на карту на стене, на отмеченные точки, на фотографии трупов.
Завтра. Бангладеш. Гули. Жара, грязь, кровь.
И рыжая бельгийка с зелёными глазами, которая говорит про вампиров, как про факт.
Мир действительно стал больше. И страшнее.
Но это была его работа. И он всегда делал свою работу.
Глава 2
Вечер. Пьер шёл по базе без цели, просто разминал ноги после дня, проведённого в казарме и на стрельбище. Жара спала, но воздух всё равно был липким. Он свернул к старому ангару на краю базы, где обычно тусовались контрактники и наёмники — те, кто не вписывался в регулярную армейскую структуру.
У входа курили двое. Один — высокий, худой, с выбритыми висками и татуировкой на шее. Второй — приземистый, квадратный, с лицом боксёра. Говорили по-английски, но с акцентом. Пьер узнал его сразу — балтийский. Латыши или литовцы.
Он прошёл мимо, кивнул. Они кивнули в ответ, продолжили разговор. Пьер толкнул дверь ангара. Внутри было прохладнее — вентиляторы гоняли воздух. Несколько столов, стулья, диваны, холодильник в углу. На стене телевизор показывал что-то спортивное без звука. За одним из столов сидели те же двое, что курили снаружи, плюс ещё один — старше, с седой щетиной и усталыми глазами.
На столе — карты, пепельница, бутылки пива, пачки сигарет. Играли в покер. Деньги лежали стопками — доллары, евро.
Пьер подошёл к холодильнику, достал пиво, открыл. Сделал глоток, оглядел помещение. Балтийцы переглянулись, потом высокий кивнул ему.
— Хочешь подсесть?
Акцент густой, но понятный. Пьер сделал вид, что задумался. Потом пожал плечами, улыбнулся.
— Я не знать, я плохо играть. — Утрированный французский акцент, ломаный английский. — Но можно смотреть?
— Смотри. — Приземистый махнул рукой. — Только не мешай.
Пьер подсел, поставил пиво на край стола. Смотрел, как они играют. Высокого звали Карлис, приземистого — Роландс, седого — Юрис. Все трое латыши, работали на контрактах в разных точках, сейчас на базе временно, ждут следующей переброски.
Играли грубо, без финессов. Блефовали очевидно, ставки делали предсказуемо. Юрис был осторожным, Карлис — агрессивным, Роландс — азартным дураком. Пьер смотрел, запоминал, пил пиво и изредка комментировал по-французски, как будто сам с собой.