Маркус рванул дверь, ворвался внутрь, фонарь и дробовик вперёд. Пьер следом. Комната освещена лучами. Там никого. Только крысы — огромные, жирные, грызут что-то в углу. Они подняли морды, уставились на людей красными глазами, потом бросились врассыпную, скрылись в щели в стене.
— Чисто, — выдохнул Маркус.
Продолжили проверку. Четвёртая комната, пятая, шестая. Все пустые, заброшенные. В седьмой нашли спальные мешки, остатки еды, свечи. Кто-то тут был недавно.
— Хафиз? — спросил Ахмед.
— Может быть. — Немец осмотрел спальники. — Три штуки. Он и двое помощников. Но ушли, похоже. Вещей нет.
Жанна нашла на стене рисунок — нацарапанный углём. Символы, похожие на те, что видели на кладбище. Арабская вязь, искажённая, зловещая.
— Он был здесь, — сказала она. — Проводил ритуалы.
— Значит, гули под контролем, — сказал Маркус. — Или были. Но где он сейчас?
Проверили остальные комнаты. Все пустые. В последней, угловой, нашли окно с видом на подвал. Наёмник подошёл, посмотрел вниз. Внизу, в полутьме, виднелась вода. Чёрная, неподвижная. И что-то в ней двигалось. Медленно, осторожно. Силуэты — несколько. Гуманоидные, но неправильные. Сгорбленные, с длинными руками, неровной походкой.
— Внизу они, — прошептал Пьер в рацию. — Вижу как минимум четверых. В воде.
— Понял, — ответил Маркус. — Спускаемся. Приготовьтесь.
Вернулись к лестнице, спустились на первый этаж. Подошли к двери в подвал. Тьма там была абсолютной. Фонари прорезали её, но свет будто тонул, не доставая дна. Лестница вела вниз, в воду. Ступени скользкие, покрыты слизью.
Маркус включил ультрафиолетовую лампу на дробовике. Фиолетовый свет выхватил следы на стенах — биологические жидкости, светящиеся в ультрафиолете. Кровь, слюна, моча. Много. Повсюду.
— Они живут тут, — сказал немец. — Готовьтесь к контакту.
Снайпер передёрнул затвор Вектора. Сорок пять патронов готовы разорваться в плоти. Серебряные ампулы в карманах. Нож Лебедева на поясе — вдруг почувствовал его вес острее. Будто нож ждал.
Команда начала спускаться. Медленно, осторожно. Ступень за ступенью. Вода приближалась. Холодная, вонючая, мёртвая.
И где-то внизу, в темноте, гули ждали.
Охота началась.
Глава 5
Вода доходила до колен, когда Маркус ступил с последней ступени. Холодная, маслянистая, с плавающими обрывками чего-то гнилого. Фонарь немца выхватывал куски пространства — арки, колонны, затопленные машины, ржавые балки под низким потолком. Подвал был огромным, уходил в темноту.
Пьер вошёл следом, автомат прижат к плечу. Вода сразу залилась в берцы, холод полз вверх по ногам. Запах был невыносимым — гниль, химия, мертвечина. Он дышал ртом, но всё равно чувствовал вкус на языке.