Кивки.

— Тогда выходим. Ещё три точки.

Вылезли из туннеля. Рассвет начинался. Небо розовело. Город просыпался. Люди не знали, что этой ночью под ними шла война.

Пятая точка — крыша заброшенной школы. Шесть гулей, по словам Хафиза. Используют высоту, прыгают на жертв сверху.

Поднялись по пожарной лестнице. Крыша плоская, покрыта гравием, старыми вентиляционными шахтами. Шесть гулей сидели в кругу. Не спали. Ждали.

Один встал, посмотрел на команду. Заговорил. Голос хриплый, но слова чёткие:

— Хафиз сказал, вы придёте.

Маркус поднял дробовик.

— Сдавайтесь. Живыми будет легче.

Гуль засмеялся — звук мерзкий, булькающий.

— Мы уже не живые. И не мёртвые. Мы новые. Мы будущее.

— Будущее сгорит, — сказал Маркус и выстрелил.

Гули атаковали. Все шестеро разом. Быстрее, чем в туннеле. Быстрее, чем на фабрике. Эти были обучены, тренированы.

Один запрыгнул на Питера, повалил, начал рвать броню когтями. Питер орал, бил кулаками. Коул подбежал, дал огня. Гуль сгорел, но Питер тоже загорелся. Покатился по крыше, сбивая пламя.

Двое атаковали Маркуса с двух сторон. Немец крутился, стрелял, но они были слишком быстры. Один полоснул когтями по руке. Кровь брызнула. Маркус рявкнул от боли, но не отступил. Развернулся, ударил прикладом. Череп гуля треснул. Второго пристрелил Рахман.

Пьер дрался с третьим. Гуль был сильнее, быстрее. Уворачивался от выстрелов, прыгал, атаковал с разных углов. Француз бросил винтовку, выхватил нож. Ближний бой. Гуль прыгнул. Дюбуа встретил его ударом — лезвие прошло под рёбра, вверх, к сердцу. Гуль захрипел, обмяк. Упал.

Жанна расстреляла четвёртого и пятого. Одиночные выстрелы, хладнокровно. Оба упали с пробитыми черепами.

Шестой попытался сбежать. Прыгнул с крыши, на соседнее здание. Рахман выстрелил, промахнулся. Гуль побежал дальше.

— Я за ним! — крикнул Пьер и побежал к краю крыши.

Прыгнул. Полетел. Три метра разрыва. Приземлился на другой крыше, покатился, встал. Гуль впереди, метров двадцать. Бежит, не оборачивается.

Француз побежал следом. Перепрыгивал через вентиляционные шахты, трубы. Прыгал на следующую крышу. Ещё одну. Гуль не отставал.

Дюбуа остановился, вскинул винтовку, прицелился. Выстрел. Гуль споткнулся, упал. Попал в ногу. Не убил, но остановил.

Подбежал. Гуль лежал, держался за раненую ногу. Смотрел на француза жёлтыми глазами.

— Ты не остановишь нас, — прохрипел он. — Хафиз один из многих. Другие придут. Мир меняется.

— Может, — сказал Пьер. — Но не сегодня.

Выстрелил в голову. Гуль затих.

Вернулся к команде. Питер сидел, обожжённый, но живой. Маркус бинтовал руку, кровь остановилась. Остальные целы.