Один из орков, пытаясь остановить монстра, поднырнул под него и попытался ударить топором по суставу ноги. Но тварь просто опустилась на брюхо, и от воина осталась лишь груда сломанных костей и разорванных доспехов. Орки несли серьёзные потери, ярость и отвага были бессильны против этой механической мощи. Они смогли свалить двоих, завалив их телами павших товарищей и с трудом подрубив конечности, но цена была слишком высока.

— Отряд «Коготь»! Огонь! — заорал я в рупор.

Первая тройка арбалетов щёлкнула, и три голубых росчерка метнулись к ближайшему «Тарану». Два болта вонзились в сочленения ног, третий попал в один из красных глаз. Тварь пронзительно взвизгнула, закрутилась на месте и рухнула, судорожно дёргая лапами.

Это сработало, голубая сталь всё ещё была ахиллесовой пятой для выводков тварей.

— Залпами! Не останавливаться! Выкосить их всех! — яростно командовал я.

Арбалетчики работали, как хорошо отлаженный механизм. Щелчок, свист, визг, грохот падающей туши. Один за другим бронированные монстры выходили из строя. Орки, увидев, что их враги уязвимы, снова воспряли духом. Они перестали лезть напролом, а начали работать в связке с моими арбалетчиками, отвлекая тварей, давая стрелкам возможность прицелиться.

Казалось, победа снова в наших руках. Мы почти зачистили лагерь от эльфов, большая часть «Таранов» была уничтожена или обездвижена. Я уже собирался отдать приказ о зачистке, когда земля под нами задрожала.

Это была не вибрация от взрывов, глубокая, низкочастотная дрожь, от которой звенело в ушах. Из центрального лагеря, из-за руин Каменного Круга, медленно, с неотвратимостью ледника, начал подниматься холм.

Он был ещё ужаснее, чем я его себе представлял. Гигантская живая крепость, медленно разворачивающаяся в нашу сторону.

— Мать моя гномиха… — только и смогла выдохнуть Брунгильда, стоявшая рядом.

Даже мои самые мощные арбалеты с голубыми болтами казались против него детскими игрушками. Все наши атаки, все наши ухищрения были бесполезны против этой горы плоти и стали.

Эльфы, уцелевшие в мясорубке, увидев своего гиганта, закричали от восторга. Они сбились в кучу и, прикрываясь его огромной тушей, как щитом, пошли в контратаку.

— Отступаем! — заорал я. — Все назад, к холмам! Группы прикрытия, огонь по пехоте! Не дать им сесть нам на хвост!

Мои воины, даже орки, без колебаний подчинились. Одно дело сражаться с врагом, которого можно убить. Другое, стоять на пути стихийного бедствия. Мы начали отходить, огрызаясь огнём винтовок, забирая с собой раненых. А «Левиафан» всё так же медленно, но неотвратимо двигался на нас. И я понимал, что просто убежать не получится. Эта тварь, хоть и медленная, была неумолима. И нам нужно было найти способ её остановить. Иначе эта степь станет нашей общей могилой.