Я смотрел, как мои бойцы отступают под прикрытием винтовочного огня. «Ястребы» работали безупречно: залп, короткая перебежка, снова залп. Они не давали эльфам, бегущим в тени «Левиафана», поднять головы, заставляя их прижиматься к земле, выкашивая самых ретивых. Но я понимал, что это лишь отсрочка, гигантская туша неумолимо сокращала дистанцию, и скоро мы окажемся в зоне поражения его осадных орудий.

— Урсула! Брунгильда! Ко мне! — рявкнул в темноту, не отрывая взгляда от приближающегося кошмара.

Они подбежали, тяжело дыша. В глазах орчанки плескалась ярость и бессилие, а на лице гномки застыла маска сосредоточенного анализа.

— Его не взять в лоб, — констатировал я очевидное. — Пули и болты для него, как укусы комара. Нам нужно подобраться вплотную.

— Это самоубийство, — прорычала Урсула. — Он раздавит любого, кто подойдёт. А стрелки на его спине перестреляют нас, как куропаток.

— Не если мы зайдём с мёртвой зоны, — вмешалась Брунгильда, её глаза лихорадочно блестели. — Посмотри, Михаил! У него на спине башни, но они не могут стрелять отвесно вниз! И его собственные ноги создают огромные слепые зоны у самого основания! Если подобраться под его брюхо…

— То он просто сядет и превратит нас в лепёшку, — закончила за неё Урсула.

— Не успеет, если мы будем действовать быстро, — я уже понял, к чему она клонит. — У нас есть фугасы. Те, что мы готовили против скоплений пехоты.

Я повернулся к сапёрам, которые тащили на себе несколько тяжёлых бочонков.

— Сколько их у нас?

— Шесть штук, командир! Самые мощные!

Шесть шансов, шесть попыток остановить это чудовище.

— Урсула, мне нужны добровольцы, — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Самые быстрые, самые ловкие и самые отчаянные из твоих воинов. Нужно добежать до этой твари, закинуть фугас в складки между панцирем и ногой и убраться. По одному фугасу на каждую из передних ног.

— Ты посылаешь их на смерть, — глухо сказала она.

— Я даю им шанс на подвиг, который будут воспевать в легендах, — жёстко ответил я. — А остальным шанс выжить. Либо мы пытаемся, либо эта хрень догонит нас и методично раздавит. Выбирай.

Она молчала секунду, потом резко развернулась и что-то гортанно крикнула своим воинам. Вперёд тут же шагнуло несколько десятков орков. Она выбрала пятерых, самых крепких, и коротко отдала им приказ. В их глазах не было страха, только мрачная решимость.

— «Ястребы»! — скомандовал я. — Огонь по башням! По всему, что движется на его спине! Не дать им прицелиться!

И ад начался снова, мои винтовки заговорили в унисон, поливая болтами надстройки на спине «Левиафана». Я видел, как эльфийские стрелки падают с площадок, как щепки летят от деревянных укреплений. Кицуне Лиры посылали свои бесшумные стрелы, снимая магов, которые пытались сотворить защитные заклинания.