Днём, когда солнце стояло в зените, на дороге, ведущей из Вольфенбурга, показалось облако пыли. Часовые на стенах пробили тревогу. В подзорные трубы стало видно, что к форту приближается крупный конный отряд. Две сотни всадников, закованных в блестящую сталь, на их знамёнах красовался герб графа Райхенбаха, чёрный ворон на серебряном поле.

Комендант форта, немолодой офицер старой закалки, стоял на стене и молча наблюдал за приближением отряда. Рядом с ним стоял командир орочьего гарнизона, оставленного Михаилом, одноглазый гигант по имени Грызь, и командир «Ястребов», молчаливый и суровый капитан Рорх.

— Хотят войти, — пробасил Грызь, поглаживая рукоять своего огромного топора. — Может, не пускать? Стены у нас крепкие.

— Не можем, — покачал головой фон Штейн. — Формально, они представляют законную власть. Отказать им, значит объявить себя мятежниками. А приказа от Железного Барона не было. Придётся пустить. Но… — он хитро прищурился, — … пустить по-нашему.

Когда отряд Райхенбаха подошёл к воротам, их встретила поднятая решётка и вооружённый до зубов гарнизон. Командир отряда, молодой, спесивый аристократ с тонкими усиками и презрительной гримасой на холёном лице, потребовал встречи с комендантом.

Фон Штейн спустился к ним в сопровождении Грызя и Рорха, которые одним своим видом заставляли столичных гвардейцев нервно сглатывать.

— Я, рыцарь Эгберт фон Адлер, посланник Регентского совета, — надменно произнёс аристократ, протягивая коменданту запечатанный свиток. — Именем регента, графа Райхенбаха, приказываю вам сдать командование фортом и арестовать офицеров, назначенных бывшим бароном Родионовым.

Фон Штейн медленно, с трудом скрывая презрение, сломал печать и пробежал глазами по пергаменту.

— Хорошо, — сказал он, сворачивая свиток. — Приказ есть приказ.

Он отдал распоряжение. Гарнизон легионеров, которых Михаил набрал из беженцев и бродяг, построили на центральном плацу. Рорх и его «Ястребы» демонстративно сложили винтовки в пирамиды и отошли в сторону, к своим казармам. Грызь и его орки, недовольно рыча, тоже скрылись в отведённом им бараке.

Рыцарь Эгберт, расправив плечи, выехал на центр плацу. Его гвардейцы окружили безоружных легионеров.

— Солдаты! — его голос звенел от самодовольства. — Эпоха простолюдина Родионова, который потакал вашим низменным инстинктам, закончилась! Отныне вы служите его светлости регенту, графу Райхенбаху! Именем регента я объявляю все ваши прежние контракты и договорённости недействительными! Вы будете служить на тех условиях, которые вам предложат. Будете пахать и умирать там, где вам прикажут! А кто не согласен… — он многозначительно похлопал по эфесу своего меча.