— Ещё горячий. Латте с карамелью.

Я признательно улыбаюсь. Я не говорила, что люблю латте с карамелью, но он заметил.

Олег тихий и аккуратный, с приятным лицом, которое забываешь мгновенно, потому что в нём нет ни одного острого угла. Рядом с ним я превращаюсь в невидимку в квадрате.

Его пальцы тянутся к моему конспекту, якобы смахнуть крошку, и скользят по запястью.

— Всё в порядке?

Я благодарно киваю. Олег — единственный человек в университете, кто регулярно спрашивает, как я, и ждёт ответа.

После пар выхожу на крыльцо, и он там. Рэм. Похоже, курить у входа — его основная специальность, а всё остальное так, факультативом.

Парковка уже опустела, остальные разъехались. Он стоит один, спиной к перилам, кожанка нараспашку, сигарета дымит тонкой струйкой между татуированных пальцев. Послеполуденное солнце бьёт ему в спину, тень лежит через все ступени, и мне приходится идти прямо по ней.

Он не поворачивает головы. Смотрит на пустой асфальт и говорит мне в спину:

— Бордюр на том же месте. Так, на всякий случай.

Ноги требуют идти дальше, а я зачем-то останавливаюсь. Он запомнил. Мало того, счёл нужным сообщить об этом.

— Я не слепая.

— Правда? А я подумал...

— Я не падала, — бросаю, оборачиваясь.

— Разумеется. — Он стряхивает пепел. — Это было тактическое снижение. Плановая проверка гравитации.

— Это называется «споткнулась».

— Безусловно. Между «споткнулась» и «упала» разницы сантиметров девяносто.

— И ноль травм. Нет травм, нет проблемы. — Я вздёргиваю подбородок.

— Насчёт травм не знаю. — Он наконец переводит взгляд на меня, и в тёмных глазах пляшут бесенята. — А вот левый кроссовок, по-моему, пострадал серьёзно.

Открываю рот и закрываю, потому что крыть нечем. Разворачиваюсь и ухожу, пульс стучит в висках, скулы горят, и солнце тут ни при чём. Сзади тихо, он не окликает и не смеётся, но его взгляд я чувствую между лопаток и несу на себе до самой остановки.

Квартира встречает тишиной. Привычный ритуал: два оборота ключа и цепочка, потом чайник и чашка с отбитой ручкой. За форточкой разливается майский вечер, светлый, никак не желающий темнеть.

За стеной тяжёлые шаги. Сосед вернулся.

И тут меня прошибает холодом.

YourNeighbor_. Твой сосед. Ник складывается с человеком за стеной так просто, что непонятно, как я не сообразила раньше. А если это не случайный зритель из сети? Если это не случайный зритель из интернета, а тот, кто живёт прямо здесь, тот, чьи шаги я сейчас слышу.

И чьи стоны слушаю по ночам?

Ложусь на кровать не раздеваясь. За стеной шумит вода, потом низко бухает бас, и приложи я ладонь к обоям, поймала бы этот ритм кожей. Не прикладываю. Лежу и жду, и ненавижу себя за это ожидание, за то, что каждый вечер моё тело замирает вот в этой точке между одеялом и стеной, между стыдом и липким пугающим любопытством.