— Это не так легко, как кажется. Даже южная окраина не пустует, там, где начинается богатая Кив добыча, начинаются и охотничьи угодья небесных зверей. А такие если отбивать, то на постоянку, — скривился я, но потом добавил: — Хотя есть у меня одна идейка. Думаю, дело выгорит.

Собственно, сложность заключалась даже не столько в физических препятствиях к реализации идеи Эфрима, сколько в моральных. Там, где смогут охотиться четвёрки и тройки, живёт совсем уж молодняк хищников, и мне было тупо их жалко, в конце концов, дело попахивало детоубийством, причём разумных существ. А охота даже на детёнышей травоядных была табу, хотя, учитывая то, что они не владели мыслеречью, я вообще сомневался в их разумности. Но, кроме наземной добычи, была она и в реках, не все из которых были заняты какими-то хищниками. В своё время я сам этим пользовался, острожа рыбу на мелководье. Так что дело было только за тем, чтобы как-то договориться с теми хищниками, к земле которых примыкает мелководье, чтобы они не сожрали рыбаков.

Пообщавшись с воином и купцом ещё немного, я пожелал им спокойного сна, а сам отправился прогуляться вокруг лагеря. Сигналка Грэнта, конечно, дело хорошее, но свой взгляд всё-таки лучше, не говоря о нюхе. Было бы совсем хорошо, если бы моё обоняние не перебивали запахи самой стоянки, но тут уж нечего мечтать о несбыточном. Человеческий и лошадиный пот, запах дыма, ароматы еды, а также вонь от выгребных ям будут преследовать меня довольно долго. И бесить. Но я человек привычный, к тому же, если взялся за гуж, поздно говорить, что не дюж. А я взялся обеспечить безопасность мастера Нэкэта, так что караван придётся сопровождать, не спихивая это дело на Эфрима с подчинёнными. Всё-таки тут не родные стены Речнолески, и новости голубиной почтой распространяются быстро, а младший Эсэнт у наместника. Я же не знаю, сколько времени понадобится этой семейке, чтобы нанять киллера. Хотя неизвестно мне и то, будет ли она его вообще нанимать, уж больно много Эсэнты уже потеряли, и уверенности в моём убийстве каким-нибудь наёмником у них, скорее всего, не будет, уж не после того как патриарх смертельно ошибся, слишком поверив в себя. А я за своего подопечного могу решить отомстить, что чревато для и так очень ослабевшего дома.

Мотнув головой, я выкинул из неё мысль, что на охрану каравана можно забить болт и просто бежать к семье. Лучше перебдеть, чем недобдеть, тем более что остаётся вероятность интереса северного князя к данному делу. И на вторую неделю пути моя настороженность дала о себе знать, хотя и не так, как я ожидал.