Тут и Настя с Анной до меня добрались и я наконец получил заслуженную похвалу от своей любимой. А уж каким многообещающим взглядом она меня окинула! Если бы не посторонние, то жаркий поцелуй мне был бы гарантирован. И это минимум.

— Ты был бесподобен! Даже не знала, что у тебя такой сильный голос! — выдохнула она.

— Роман, ты меня поразил, — вторила ей Анна, улыбаясь. — Уверена, равнодушных в зале не осталось.

— Но что-то меня довольно быстро отпустили, — заметил я.

— Тебя просто еще недостаточно хорошо знают, — подтвердила девушка мои мысли. — Дай им время. Потом сам будешь с ностальгией вспоминать это затишье. И кстати, готовься — теперь тебя и остальных музыкантов будут звать на военные праздники.

— Это какие? — тут же поинтересовался я.

— Из ближайших, что мне известны, орденские дни. Но они в ноябре, время у тебя подготовиться есть. Может, даже еще пару песен напишешь, — усмехнулась она. — Если они будут такими же впечатляющими, то могут даже трубой наградить.

— Чем? — не понял я.

— Трубой. Серебряной или золотой — тут уж как повезет.

Мы еще немного обсудили мое возможное музыкальное будущее, после чего двинулись к столикам с закусками и напитками. Мне вот пить больше хотелось, но и перекусить я бы не отказался. Именно возле них ко мне вновь подошел господин Михайлов.

* * *

Борис Романович был доволен. Когда он только обратился к офицеру, который должен был ему услугу, с просьбой прийти с ним на их собрание, тот лишь огорченно ответил отказом. И тут же пояснил его — слишком много желающих, а мест на всех ни у кого у офицеров в доме не имелось. Даже у начальника порта. Вот тут-то Борис Романович и предложил свой дом в качестве места собрания. Офицер тут же согласился и сердечно поблагодарил Михайлова. В итоге с одной стороны старый долг был списан, ведь Борис Романович окажется на собрании, но появился новый — за предоставление имения.

Далее осталось лишь дождаться самого Винокурова. Михайлов был уверен, что тот не станет отказываться выступать в его доме. Не тот характер у парня. И он оказался абсолютно прав! Дальше небольшой разговор с ним перед выступлением — тоже часть плана по изменению к себе отношения. Как бы ни выступил юноша, Борис Романович показал, что желает с ним помириться не из-за его успеха или неудачи. А дальше… любой итог выступления мужчина использовал бы себе на пользу. Провалился бы Винокуров? Тогда подошел и ободрил бы его. Хотя в этом случае Михайлов подумал — стоит ли продолжать «делать ставку» на парня, или его звезда закатилась? Успех у музыкантов? Тоже хорошо. Есть повод подойти и поздравить, после чего завести разговор в нужном русле.