— Это становится вашей любимой фразой. — попытался пошутить Алексей, но вышло плохо.

Лиза, однако, не обиделась:

— Потому, что это — правда.

Алексей уселся на табурет прямо напротив девушки. Некоторое время они молчали. Лиза что-то мурлыкала себе под нос, напевая неразличимую мелодию, аккуратно один за одним накладывая на полотно стежки, так ювелирно, что, если бы не знать, что там шов, ни в жизнь не догадаешься!

За окном медленно темнело. По стеклу стекали длинные капли непрекращающегося дождя. Откуда-то из коридора доносился приглушённый голос Виктора Михайловича, что-то недовольно бормотавшего себе под нос.

Лиза продолжала штопать рукав маленькими аккуратными стежками.

— Вы всегда носите работу домой? — спросил Алексей, кивнув на бумаги.

Она вздохнула.

— Иногда. У нас сейчас разбирают старые дореволюционные фонды. Очень много документов, а людей не хватает. Вот, приходится.

— И что вы делаете в архиве?

Лиза оживилась чуть заметно, как всегда бывало, когда разговор уходил от убийства и тревоги к чему-то привычному, земному, жизненному.

— Разбираю описи. Переписываю карточки. Иногда помогаю искать старые дела.

Она улыбнулась.

— Вы бы знатно удивились, сколько людей внезапно вспоминают о своих предках, когда речь заходит о наследстве или квартирах. Теперь многие боятся, конечно — Лиза понизила голос, — но есть и те, кто приходит и требует.

Алексей улыбнулся.

— А про этот дом у вас есть что-нибудь?

Лиза подняла взгляд.

— Про дом Горских?

— Значит, вы всё-таки слышали эту фамилию раньше.

— Немного.

Она отложила иглу.

— Когда после смерти Нины вы начали спрашивать про старых жильцов, я посмотрела архивные книги. Там есть сведения о владельцах домов до революции.

— И? — оживился Воронов. Как он сам не догадался посмотреть в архиве⁉ Вот, ведь, дурень!

— Дом, действительно, принадлежал семье Горских. Они были ювелирами, причем, очень богатыми. — Лиза снова принялась за шитье.

Алексей задумчиво провёл пальцами по краю дубового стола, чувствуя каждую выщерблину от кухонного ножа.

— А про нынешних жильцов что-нибудь можно узнать?

Лиза нахмурилась.

— В каком смысле?

— Кто и когда поселился здесь? Кто жил раньше? Кто может быть связан с этой квартирой?

Она некоторое время молчала, а потом вздохнула и тихо сказала, не ответив на вопрос:

— Вы всё-таки решили расследовать это всерьёз.

— А разве у меня есть выбор?

Лиза промолчала. Только посмотрела на него внимательно, и в её взгляде впервые появилось не просто сочувствие, а настоящая, глубокая тревога.

— Будьте осторожны, Алексей.

Он хотел отшутиться, но не смог, потому что сам очень остро чувствовал то же самое. Но не мог уже теперь остановиться. Словно дом медленно и неотвратимо затягивал его внутрь своей какой-то старой истории.