Глава двадцатая Странности Федора
Алексей с самого утра чувствовал странное раздражение и усталость. Ночь он почти не спал, снова и снова прокручивая в памяти разбросанные вещи старухи, её дрожащий голос и пустой сундук. А когда он все-таки забывался тяжелым, больше похожим на бред, сном, то и там, в царстве Морфея, Воронова преследовал неизвестный преступник, который хотел заполучить кортик. Кинжал лежал теперь у него в комнате, спрятанный в нижнем ящике стола. И мысль о том, что убийца не нашёл его буквально накануне убийства, не давала молодому журналисту покоя.
Когда Алексей вышел во двор, Иван уже ждал его возле сарая. Воронов весьма удивился, он не просил друга зайти, что бы ему тут делать в столь ранний час? Алексей хотел спросить об этом, но Иван перебил.
— Вид у тебя такой, будто ты лично разгружал баржу с углём, — заметил Аграфенов вместо приветствия и выкинул окурок в сторону старого ведра, которое служило жильцам вместо урны.
Алексей только устало махнул рукой.
— Не спал.
Иван закурил, щурясь от выглянувшего вдруг в это утро солнца. Но ленинградская весна была слишком сырой и холодной, чтобы этот свет мог принести настоящее облегчение и дать хоть какую-либо надежду. Он лишь подчёркивал грязный снег у стен домов, влажные потёки на кирпичах и усталые лица людей, торопливо проходивших вдоль канала, подняв воротники от ветра.
Сегодня Аграфенов выглядел непривычно серьёзным. Даже обычная его лёгкая насмешливость в это утро потускнела за последние дни и была похожа на грязные потеки талого снега. Воронов почему-то подумал, что он никогда не интересовался жизнью самого Аграфенова. А между тем, у него могли быть тоже свои какие-то проблемы, которые стажер прятал за шутками и прибаутками.
— Милиция опять приходила? — спросил Иван, и Алексею сделалось стыдно — нужно будет как-то расспросить товарища. Не все ж только ему, Воронову, жаловаться на странности в квартире, да спрашивать советов.
— Утром. — ответил Алексей.
— И?
— Ничего.
Иван тихо усмехнулся.
— Полезнейший государственный орган.
Они медленно пошли через двор в сторону арки, чтобы оттуда выйти на оживленную Фонтанку и отправиться уже в редакцию. Грязный снег хрустел под ногами, из подвала тянуло сыростью, а чёрный кот, сидевший на перевёрнутом ящике возле дровяника, внимательно наблюдал за ними жёлтыми неподвижными глазами.
— Ты всё ещё думаешь про тайник? — спросил Иван после паузы.
— А про что мне ещё думать?
— Про то, что уже двоих убили.
Алексей резко остановился.
— Именно поэтому я и думаю про тайник. Убийства совершенно точно связаны с ним.