Дэйт помолчал, ненавидя себя за то, что не желает знать ничего плохого. Он слишком устал за эти полгода, чтобы взваливать на себя следующую проблему, не отдохнув от прежних. Но это его обязанность — быть в курсе того, что могло навредить его светлости.

— Я так понимаю, неприятность все та же. Вэйрэн и его поклонники. Слышал, что на границе с Тарашем бунтует несколько городов.

— Не только там. Среди людей раскол. Многие слишком рьяно защищают свою правду. Настолько рьяно, что льется кровь. В Терви прибили к дверям храма жреца, в Шес толпа разорвала проповедника Рукавички. Отчеты приходят каждый день. Убили, утопили, сожгли. За то, что предали богов. За то, что остались верны им. Логику выворачивают наизнанку, к примеру: не поддерживаешь Вэйрэна, значит, заодно с шауттами. И так далее. Была череда погромов. Была резня. На юге, на востоке. Солдаты справляются с беспорядками… пока справляются. Сейчас мы как рыбак, что пальцем затыкает дырки в днище лодки, благо дырки маленькие, но что станет, когда кто-нибудь саданет по лодке топором? А если несколько раз? В данный момент я не знаю, кто выйдет победителем — сторонники Шестерых или сторонники Вэйрэна.

Дэйт сжал кулаки:

— Кто бы ни победил, стране это повредит. Там, где льется кровь, а пламя пожирает дома и амбары, людям не до мирной жизни. Никто не сеет, не пашет, не растит скотину, не плетет корзины и не кует подковы. Никто не платит налоги, они не поступают в казну, нечем отдавать солдатам, информаторам, шпионам и далее по списку. И проблемы множатся точно снежный ком. В условиях, когда страна ведет войну, это все может плохо закончиться.

— Поэтому мы арестовываем, наказываем, казним.

— Всех? Или тех, кто защищает старые порядки?

Тэлмо скривился:

— Хотел бы я сказать, что закон един для каждого, но на местах случаются перегибы, ибо его светлость выбрал сторону, которую поддерживает, поэтому наказывают лишь тех почитателей Вэйрэна, кто запачкался в крови и нарушил все писаные и неписаные правила.

Они помолчали, каждый думая о своем и об одном и том же.

— А что благородные? Кроме манер, имени, да денег с властью, мы такие же, как и простой люд.

— Грэгсто работает.

Очень краткий и сухой ответ. Грэгсто, начальник тайных дел, занимался тем, что искал и выявлял заговоры. Суровый человек, впрочем ладивший с начальником охраны его светлости, знал свое дело.

— Казни уже были?

— Тех, кто замышлял против правящей семьи и противнее . У меня на столе список, если хочешь, посмотри имена. Маршал, бароны, ландраты, бургомистры, главы гарнизонов. Не много, но они есть. Раньше лишь Лёз был против нас, а теперь… теперь не только он. Червоточина медленно расползается, и головы летят точно капустные кочаны.