Только бумаги. За каждой из которых — чья-то украденная жизнь. Чья-то сломанная судьба. Чьи-то дети, проданные в рабство на острова.

Один удар — и эта жалкая свинья затихла. Он пригодится живым, и пусть молится всем драконам, чтобы его допросом занимался не я. Выродок мешком осел на пол, а я принялся собирать уцелевшие документы.

Часть сгорела безвозвратно, чёрные хлопья пепла кружились в воздухе, оседали на волосах, на плечах. Но то, что осталось, стоило пролитой крови. Реестры грузов с кораблей «Несущих Свет Солнца». Списки, где за каждым кодовым обозначением скрывался человек. Даты, шифрованные имена покупателей, маршруты. И отдельная папка, тоньше остальных, с перепиской с островами.

Я узнал кодовую систему. Судя по всему, это была кодировка госпожи Юнь. Она считалась эффективной по стандартам Нижнего города, но наставник учил, как легко читать такие документы даже без расшифровки. Нужно лишь расфокусировать сознание и объять весь объём информации. Я пробежал глазами несколько строк. На первый взгляд всё сходилось. Торговля людьми, прикрытая таможенными документами. Легализованное рабство под носом у генерал-губернатора.

Но главное было на последней странице. Два слова, написанных от руки. Другим почерком. Чётким, уверенным, без помарок: «Багровые Паруса».

Протокол. Тот самый, который Советник приказал ускорить в самом начале этой кровавой истории. Теперь у меня были доказательства.

Снизу раздался грохот, усиленный пустотами здания. И хриплый крик на чужом языке. Островной диалект, резкий, гортанный.

Я подбежал к окну, распахнул ставни. И похолодел.

Со стороны причалов двигались тёмные фигуры. И их было много. Двадцать. Тридцать. Сорок бойцов. Островитяне с кораблей. Кто-то поднял тревогу, и они бежали к таможне. Вооружённые абордажными топорами, короткими кривыми мечами, арбалетами. Бежали молча и быстро.

Они бы не успели собрать отряд и оказаться здесь так быстро, если бы услышали сигнал из здания, а значит, где-то в нашей цепочке сидел вражеский крот. И он работал быстро. Очень быстро.

Бойцы Канцелярии на периметре встретили их первыми. Через окно я видел, как чёрные силуэты столкнулись с островитянами в узком проулке у причалов. Лязг металла, крики, вспышки стали в свете редких фонарей. Люди Мэй Лин дрались отчаянно, сдержали первый натиск, убили троих, но островитян было слишком много, и они начали отступать. Кто-то должен будет заплатить за это предательство.

А потом воздух загудел от плотного, давящего и такого знакомого ощущения. Я ощущал чужую эссенцию воды. Среди островитян был драконорождённый.