— А ты из добровольцев что ли? — спросил меня, наконец, сержант.

— А? — я отвлёкся от своих мыслей. — Да, да, из них самых

— Остальные где?

— Кто остальные?

— Твоя часть?

Я не ответил.

— Погибли что ли?

— Погибли, — кивнул я.

Бронетранспортёры проехали между многоэтажками и остановились у штаб. Техники тут было много. Кто-то приезжал, кто-то отъезжал. Похоже, тут и находился пятый квадрат. Мы попрыгали на землю.

Я спустился в подвал, где находился штаб. За столом, возле стационарной радиостанции сидел белобрысый бугай с бестолковым взглядом выпученных глаз и полковничьими погонами. Кроме него тут были ещё несколько офицеров, в воздухе висел сигаретный дым, сквозь который настырно пробивался запах пота.

—…пока так, — говорил полковник в микрофон гарнитуры. — Противник занял промзону за Биберевским трактом. Я приказал отходить. Мы не удержим Северный. Нужно подкрепление, — он долго слушал говорящего, после чего возмущённо произнёс. — А где танковый полк? Почему нет поддержки авиации? Я что, один должен отдуваться? У нас батальон уничтожен, артиллерия уничтожена. У меня нет людей, чтобы удерживать такой протяжённый фронт. Пути снабжения отрезаны. Приём, — он снова замолчал, а после паузы проговорил спокойнее. — Да, понял. Будем отступать в Алексеевский. Конец связи.

Полковник снял гарнитуру и пристально посмотрел на меня, словно не узнав, хотя мы виделись только вчера вечером.

— Здравия желаю, господин полковник, — поприветствовал я его по-армейски.

— А, это ты… Ступин? Чего хотел?

— Так точно. Я покидаю расположение части. Куда сдать снаряжение и оружие?

— В смысле покидаешь? — нахмурился полковник. — А кто сражаться будет? У тебя же эти…

— Не могу дольше оставаться. Дела. Я в армию не вступал.

— А зря! — грозно произнёс полковник. — Нам нужны люди, нужны «духовные». Ты видел, что творится? Императорские прихвостни напирают со всех сторон. Прорвались через Аксиньино, чуть не прорвались здесь, у нас, а ты сваливаешь?

— Как так? — удивился я.

— Через жопу наперекосяк! Здесь у них был отвлекающий манёвр. Прощупывали. А в Аксиньно весь батальон положили и в центр прорываются.

— В центр? В Белый город?

— Так, боец, ты мне тут языком будешь болтать или что?

— Мне надо забрать вещи и сдать автомат, — сказал я.

— Тьфу ты! Ну да иди уже, — махнул с досадой полковник. — Да, стой. Спасибо… Денис, да? Спасибо за помощь. Ладно, всё, шуруй отсюда. Только осторожнее на улице, не нарвись. Сейчас с этими гражданскими все настороже, палят во всё, что движется.

Он подозвал какого-то штабного лейтенанта, и тот забрал у меня оружие и проводил до комнаты, где я оставил саквояж с деньгами.