В голову лезли оправдания, которые давила в зародыше, поскольку опыт жизни подсказывал, что оправдываться нельзя. Дело сделано, чего уж теперь. Этому научилась, общаясь с нашими топ-менеджерами. Помнится, когда только пришла в «Капс-Универс», по незнанию сорвала сделку Тархана. Тот ругнулся, поминая фарт, удачу и стажера на свою голову. Но когда начала мучительно оправдываться, махнул рукой и, на минуту сбросив маску веселого пирата коммерческих морей, серьезно сказал:
— Забудь, Юль. Не ошибается только тот, кто ничего не делает. А ты делай, что считаешь нужным. Да, можешь сделать неправильно. Но если будешь медлить и перекладывать ответственность — точно упустишь шанс.
А Игорь и вовсе, когда узнал, устроил «преодоление страха отказа» — заставил целый день звонить клиентам и отказывать, тем что готовы были приобрести услуги и оборудование.
Ботинки постукивают по дорожке, легкий ветер покачивает папоротники и приятно обдувает ноги. Выносливости хватает, так что нет ни тяжелой одышки, движения, с добавленной единичкой ловкости, стали легче, плавнее.
Тяжелые думы обдумывать не хотелось, да и скелетона следовало отвлечь, чтобы совсем не замкнулся. Нужно, чтоб рассказывал, вещал, пусть даже с менторско-профессорской занудностью, присыпанную самодовольством.
Я спросила:
— Костя, а что там за пузырьки-то в кристаллах были? Разве подобные штуки должны быть на точках возрождения? Ерунда какая-то получается. Вот возродился игрок после смерти, отломил мимоходом красивый камушек и… снова выходить аж на три часа?
Скелет нехотя ответил:
— Конечно ерунда. Но ты это ИНКу игры скажи… Ха, не вскидывай голову в небо так охотно, Кендра. Это не так работает. Понимаешь, искусственный интеллект не един, а как бы распределен по локациям. И левая рука не знает, что делает правая. Вместе с тем, он как бы одновременно находится во всем. В божествах местных, в неписях, в мобах. Одновременно получает сведения из множества точек игры, в единый аналитический центр, в котором стоит его незыблемая суть: «делать игроку интересно».
— Ну мне было бы интересно, если вдруг исчезли эти дурацкие горы, а я очутилась на главной площади Лозадель! — заявила я, украдкой радуясь, что смогла разговорить программиста-нежить.
Он машинально зацепил кочергу крючком за таз, и она теперь болталась, как ножны, постукивая его по ногам. Вряд ли это было удобно, но зато теперь он смог подкреплять слова размахиванием рук.
— «Делать интересно», вплетено в историю и возможности локации, — стал рассказывать он. — Скажем пустить по небу единорогов, у которых вместо хвоста радуги коромыслом, он не может. Здесь не может. Зато в какой-нибудь магической локации, утыканной академиями а-ля «Хогвардс», запросто способен подбросить идею местному магу, что жаждет удивить весь мир. И эта идея придет ему, только если в этой локации много игроков, которые являются триггерами квестов.