Все мое существо желало спорить, дабы только не соглашаться, но все же промолчала, смиряя свой холерический темперамент. Мысль причудливо крутнулась в голове и мне вдруг стало даже лестно, что ИИ забросил именно в Тенарский лес. Горы, окружающие его, показались надежными стенами, которые ограждают мир от этой локации. И если я попала в самый ее центр, значит игра считает меня достойной там властвовать. Я обязательно туда вернусь, сразу же, как только разгребу дела.
От этой мысли плечи невольно распрямились, а в груди растеклось приятное теплое чувство.
— Чего ты такая довольная? — спросил бывший скелет, покосившись на меня.
— Да так, — сказала я. — Мысли думаю.
— Думающая женщина — это опасно, — проговорил он. — Давай прекращай.
Привычным жестом я вновь толкнула его в бок и произнесла:
— Полегче, анатомия. С Тенарской ягой говоришь.
Костя потер ребра и с опаской пробормотал:
— Угу, не вопрос. Боюсь. Знаю уже, любишь ты всяких Ивашек жарить. Даже если они напарники.
Удар был ниже пояса. Я вздрогнула вспомнив как сожгла его мускулистое тело искрами света, и посмотрела на звезду ожога на его груди. Но Костя несмотря на свои слова тут же подвинулся ближе, провел ладонью по моим волосам и шепнул:
— Ну, я о жарке в хорошем смысле этого слова.
Его слова вновь привели меня в норму, я фыркнула и шутливо оттолкнула его, смущенно буркнув:
— Да ну тебя! Ненасытный… Физиология говоришь должна в игре соответствовать реальной? Все. Теперь я буду звать тебя не анатомия, а физиология!
Глава 69
Солнце ушло за горы и на локацию, наконец, опустились сумерки. Трава и деревья потемнели и обрели синеватый оттенок, а тени углубились, став провалами в другие миры.
Я рассчитывала, что с наступлением темноты, на позициях зажгут факелы или засияют какие-нибудь эльфийские светляки, но тьма окутывала плотная, какая была в доме, когда в детстве веерно выключали свет. Но тогда мы зажигали свечи и рассказывали истории, а теперь надо ломиться мимо агрессивных эльфов.
Бывший скелет, словно уловил мои мысли. Его ладонь накрыла мою, он проговорил ласково и с каким-то странным сожалением:
— Не переживай. Прорвемся. Главное до стойл…
— Да помню я, — сказала я и позволила его пальцам некоторое время сжимать мои. — Будем притворяться конокрадами или зверекрадами, какие тут у них эти… на которых скачут.
Он кивнул. Затем, стараясь не издать ни единого звука, уперся ладонями в камень и, подтянувшись, поднялся на него. Потом помог забраться мне.
Я тоже старалась быть бесшумной, хотя казалось, что каждый вздох эхом отдается на все ущелье. Мы спустились на другую сторону валуна, а я каждую секунду ожидала атаки со стороны остроухих и беспощадных неписей.