* NBC— вещательная компания, а также принадлежавшая ей общенациональная радиосеть, ныне телекомпания и телевизионная сеть.

Но главное, мы встречали гостя из Парижа, прибывшего на одноименном лайнере. По трапу сошел пожилой человек в идеально отглаженном костюме с перекинутым через руку пальто. Увидев отца, он приподнял мягкую шляпу, под которой обнаружилась круглая, как биллиардный шар, лысина:

— Jean! Bonjour! Comment allez-vous?

Отец обнял его и произнес с ударением на последний слог:

— Владимир!

Я же смотрел на гостя — седые усы без военной лихости, две вертикальные морщины над носом, редкие брови — и весь его штатский облик никак не вязался со званием «генерал-майор».

— Лучше называй меня Вальдемар, — перешел гость на английский.

— Хорошо, Вальдемар. Это мой сын, тоже Жан или Джон, — представил меня отец.

Гость подал руку, внимательный взгляд его темных глаза несуетливо пробежался по моему лицу и мне показалось, что Владимир запоминал мой словесный портрет.

— Прекрасно, что ты приехал, Вальдемар!

— Во Франции стало скучно, к тому же, десять премьеров за последние четыре года слишком много для меня. Хочется стабильности и настоящего дела.

Автомобиль подкатил к чреву тоннеля, гость напрягся, но проезд под толщей вод перенес стоически. Понятное дело, дядьке под шестьдесят, а тут прогресс чуть ли не в преисподнюю тащит, да еще джаз из приемника гудит.

Пока я рулил, старшее поколение предавалось воспоминаниям из которых я узнал много нового. Владимир Лавров, генерал русской службы, был перед мировой войной чем-то вроде неофициального резидента во Франции. Такой статус позволял ему действовать свободнее и у него под рукой сложилась целая агентурная сеть. Но самое главное, именно он познакомил отца с мамой. Последние десять лет он жил под чужим именем, намеренно дистанцируясь от разборок красных с белыми.

К новому, 1928 году при помощи инженеров Grander Commutations мы выкатили новую модель «доски маржин-колов» и разослали клиентам предложение проапгрейдиться или хотя бы провести техническое обслуживание.

В бригаду, помимо Панчо, вошли еще два человека, электрик и телефонист, которых привел Ося — он взял их в профсоюзе и клялся, что люди надежные. Впрочем, все главные работы Панчо делал сам, встраивая секретную часть и маскируя ее «лишними детальками», припоем и обрезками проводов. Даже я не всегда мог с первого взгляда определить, где именно стоит жучок.

Тогда же испытали эндовибратор, поставив его прямо у отца в кабинете — разговор слышно, слова разобрать можно.

Но Ося сразу же выхватил главное: