Ося остался «на хозяйстве», а мы с Панчо отправились загорать и ловить тунцов. Там, в Дейтоне, я заскочил в почтовое отделение и купил money order, перевод на сотню для Таллулы.
— Сообщение для получателя будет? — меланхолично поинтересовался клерк в нарукавниках и козырьке.
— Да, — я продиктовал адрес и добавил «Срочно приезжай.»
Глава 9 От Дейтона до Бостона
В ночной темноте цепь с винтовками наперевес двигалась к насыпи скорым шагом. Когда до вагонов оставалось саженей сто, двери теплушек с грохотом отъехали в стороны и в черноте по глазам ударили вспышки пулеметов.
— Вперед! Вперед!
Офицеры перешли на бег, вместо «Ура!» над цепями несся злобный рык — при двух-трех патронах на ствол вся надежда только на быстроту и дерзость.
«Миша, Мишенька, скорее…» — тихо позвала мама.
Ноги вязли, Михаил никак не мог догнать товарищей. Он понял, что не успеет и закричал от отчаяния.
Как всегда.
Все, как всегда — постель смята, исподнее в поту.
Кошмар снился регулярно, всегда про бой, когда дроздовцы получили сильнейший удар во фланг и откатились, отчего Армавир был взят только через месяц. Но за этот месяц красные убили всю семью. С того дня поручик Крезен каждый раз вызывался добровольцем на расстрелы — чувство мести глушило горечь потери.
Гимназию Миша Крезен закончил в 1914 году, аккурат чтобы успеть на Великую войну. Вместо обещанного родителями путешествия в Америку к дяде, восторженный Миша записался вольноопределяющимся. Как гимназиста, его направили в военное училище, на ускоренный курс. Выпустили через год, так что он успел хлебнуть и Великого отступления, и окопного сидения 1916 года, получить шашку за храбрость, выслужить два чина, а потом все покатилось в тартарары.
Шли дроздовцы твердым шагом,
Враг под натиском бежал,
Под трехцветных русским флагом
Славу полк себе стяжал…
Как тогда, в походе из Ясс на Дон и потом, в бесчисленных атаках, из которых запомнились только Армавир и Торговая, где дроздовцы вплавь перебрались через Егорлык.
Как тогда, в Донецком бассейне, где Крезен с отрядом изо дня в день дежурил в эшелоне, ожидая приказа — подвижные резервы перебрасывали на угрожаемые направления. Они ходили в атаки по три-четыре раза в сутки, в разных местах, создавая иллюзию силы на всех направлениях. Бессменно, ежедневно, без пополнений громили красных.
Как тогда, в сентябре 1919, во время победоносного похода на Москву — Сумы, Курск, Фатеж, Орел, Брянск…
Месяц по всему фронту под Орлом и Кромами гремели выстрелы, станции и разъезды переходили из рук в руки, силы дроздовцев таяли, но они продолжали бороться. Казалось — еще одно, последнее усилие, большевицкий фронт рухнет, и вот она, Москва!