Потом в переулок въехала машина и те двое убежали к станции. Водитель остановился, вылез и сунулся в тупичок, откуда выскочил, матерясь на итальянском, и схватил Крезена за ворот:

— Куда они побежали?

Как ни был пьян штабс-капитан, но понять, что водителю доводилось убивать и стоять под пулями, он сумел. Михаил криво усмехнулся и махнул рукой в сторону станции. Машина с пробуксовкой умчалась, а он, будто ведомый провидением, побрел вслед.

Он успел — водитель, шипевший ругательства сквозь зубы, уже садился в машину.

— Эй, мистер!

— Иди своей дорогой!

— Я знаю, куда они направились, — Мишу еще качало, но когда выпивка была помехой настоящему русскому офицеру?

— И куда же? — презрительно сплюнул водитель, тонкогубый щеголь с усиками.

— В Лоренсвилль, у них там дом и конюшня.

— Ха! Как будто я без тебя этого не знал! — сверкнул белыми зубами водитель. — Но ты мне нравишься, как зовут?

— Михаил. Майкл.

— Микеле… как моего дедушку. Что умеешь делать?

— Стрелять. И убивать, — почему-то Крезен понял, что надо сказать правду.

— Воевал?

— В России.

— Хм, — потер щеголь подбородок. — Садись в машину.

Вот так Михаил Крезен, потомственный дворянин, штабс-капитан, дроздовец, стал киллером мафии.

Первые заказы он исполнил походя — какая сложность завалить из винтовки даже не сидящего в окопе, а идущего по улице в полный рост? Кто там попал в прицел, его совсем не интересовало, после сотен убитых в России одним больше, одним меньше — никакой разницы.

Появились деньги, приличный костюм, менялись съемные квартирки в Бруклине и Квинсе, раздражала только самоуверенность работодателей-итальянцев, из которых никто не воевал и не представлял, каково сутками не выходить из боя, лежать в стылой грязи или атаковать пулеметную батарею в штыки.

По оговоркам и скупым рассказам, Михаил разобрался в том, что произошло тогда в Нью-Джерси — братья Маццарино, Амброзио и Розарио, похитили шкета, сына миллионера. Ему как-то удалось бежать, а неизвестно откуда взявшийся мексиканец зарезал Розарио. И теперь Амброзио пылал жаждой мести.

Крезен несколько раз предлагал застрелить мекса, но нет, видите ли, нужно сперва похитить мальчишку, чтобы никто не посмел сказать, что Маццарино не доводят дело до конца. А уж потом мекса нужно зарезать.

Хозяин — барин, тем более, младший Грандер олицетворял все, что ненавидел Крезен в Америке: богатенький, чистенький, ни дня не воевавший, все на блюдечке, да еще делает деньги из воздуха…

Провал с налетом на брокерскую контору Михаил переживал тяжело — его срисовал жиденок-уборщик, а проклятый мекс глядел на Крезена будто через прорезь пулемета. Штабс-капитан впервые дрогнул и отступил — не решился рискнуть невеликим благополучием.