Пошевелил головой и чуть не взвыл от отчаяния — из угла на меня смотрел связанный Ларри. Блин, а я так надеялся, что он подаст весточку ребятам! Плохо, все плохо… Даже шея затекла…

Чтобы как-то отвлечься, начал крутить шеей, заодно осмотрел помещение — похоже, комнатка в городском доме. Ну да, уличный шум глухо, но слышен, вряд ли они тащили мое тело через весь Нью-Йорк, не исключено, что квартира Таллулы где-то рядом… Несколько обшарпанных венских стульев, комод, пыльные гардины на окнах, древний телефонный аппарат на стене…

От его дребезга вздоргнули все — я, Ларри, гангстеры… Амброзио схватил трубку, бросил несколько слов и повернулся ко мне. Его верхняя губа с усиками задралась, обнажив блестящие от слюны зубы:

— Сейчас твой мекс привезет деньги, а цемент для него уже готов.

Я закрыл глаза.

Конец.

Грохнуло так, что я чуть не обделался, и еще плотнее зажмурился — ничего хорошего ждать не приходилось. Выстрел, еще один, звон стекла, два подряд, хрипение, запах пороха…

— Вставай, чего разлегся, — от голоса Панчо я распахнул глаза.

Он потянул меня за руки, вытащил свой нож с двойным изгибом лезвия и разрезал веревки. На полу валялись застреленные, у одного нога в ботинке с подковками с противным звуком скребла по паркету. Двое детективов из нашего агентства тем временем поднимали и распутывали Ларри.

— Уходим, пока полиция не появилась, — Панчо буквально протащил меня сквозь выбитую дверь.

Дрожь в руках прошла только после пересадки в третью машину, мой Форд-А.

— Как ты нас нашел? — спросил я по дороге.

— Спасибо Лаврову, научил ставить наблюдение, — ухмыльнулся Панчо. — Я послал вторую машину за тобой и Ларри.

— А как догадался, что дело нечисто?

— Проще простого, Ларри не вышел из дома, вместо него появилась Таллула с чемоданами и уехала.

— Отпустили?

— Не сразу. Перехватили, задали пару вопросов, потом сразу за тобой.

— Где она сейчас?

— Хочешь ей голову оторвать? — заржал Панчо. — Можем в бордель продать, в Мексику.

— Да ну ее нахрен! Пинка под зад и пусть катится в свой Голливуд! Еще из-за этой дряни пачкаться!

— Как скажешь.

Мы подкатили к нашему манхэттенскому дому, где нас ждал Лавров. В отличие от Панчо, он своих чувств не сдерживал:

— Я понимаю, молодость, то-се, но думать надо верхней головой! Скажите спасибо, что Фрэнк правильно все сделал, а то валяться бы вам с парой лишних дырок в боку!

— Владимир Николаевич, не надо нервничать, все хорошо…

— Хорошо? — взвился он. — Хорошо? Когда в нашем деле доходит до стрельбы, это позор, это непрофессионально! Два наших человека ранены!