Здесь везение кончилось.

— Я бы хотел получить работу, связанную с бухгалтерией…

— У вас есть опыт? — скептически сощурился сотрудник «Хиаса»

— Я закончил коммерческое училище в Одессе…

— В Одессе? Не делайте мне смешно, молодой человек! Тут моют полы выпускники университетов! А за позицию бухгалтера нужен большой залог, наша организация не может такого себе позволить.

Вот так и стал Ося рыцарем метелки, швабры и поворотного совка на палке. Вместо шлема — ведро, вместо коня — тележка, вместо доспехов — стопка чистых плевательниц.

Каждый день он стискивал зубы, постигал науку мытья унитазов и коридоров, зубрил в паузах английский.

Каждый раз, когда Ося разглядывал красоток на афишах кинематографа и перебирал в кармане мелочь, приходилось решать, потратить ли квотер на новый фильм или отложить эти двадцать пять центов на обучение в школе бухгалтеров.

Каждый день, возвращаясь в съемную комнату в Нижнем Ист-Сайде, он разглядывал из окна трамвая людей на Восточном Бродвее. По своим делам спешили уверенные американцы, суетливые итальянцы, незаметные китайцы, крикливые евреи, а Ося уговаривал себя, что он не один такой, что все начинают снизу, что он еще заработает свой миллион долларов…

Все изменилось год назад, в начале 22-го.

По коридору конторы «Майкл Александер Кролл» шел новый посыльный — вроде бы такой же, как и все прочие мальчишка лет четырнадцати, в бриджах, пиджаке и кепке. Но вглядевшись, Ося понял, что бриджи и пиджак из дорогого материала, а галстук, пожалуй, из настоящего шелка.

А еще при «золотом мальчике» неотступно ходил черноглазый смуглый парень с узковатыми глазами — мексиканец, что ли? Вот просто ходил, ничего не делал, всегда рядом. И не светил револьвер под мышкой, который Ося разглядел, в общем-то, случайно.

Через пару дней по всему зданию на Тринити-Плейс расползлись слухи, что новый посыльный — сын миллионера Джона Грандера, а премудростям трейдерства обучает его сам Майкл Кролл. И, говорят, бесплатно.

Ну как, как так??? У него — все, у тебя — ничего! Ты каждую ночь ворочаешься на узкой койке под грохот поездов сабвея на мосту Вильямсбург. Он живет всего в двух блоках от конторы на Тринити-плейс, в доме с консьержем, лифтером, электричеством, газом, водопроводом, пнемопочтой и прочими удобствами.

Ты бережешь каждый цент и покупаешь только ношеные вещи, чтобы сэкономить. Он носит новые «рабочие» ботинки, о которых настоящим рабочим можно только мечтать.

Даже язык — то, что тебе приходиться учить урывками, он знает с рождения!

Как ни крутись, а жопа сзади — сколько ты не бейся, а золотые мальчики всегда будут впереди.