— Тебе точно надо со мной! — выпалил он, как будто я уже сказала «да». — Она нас сожрёт и не подавится. Женя всегда ей спускал всё с рук.
— Даже не подумаю вмешиваться. — Я отвернулась, глотнула кофе. Но он комом застрял в горле.
— Хорошо, не вмешивайся. — Рома почесал затылок и явно что-то просчитывал. Мне это не нравилось. — Ты будешь моим секретным оружием.
— Ничего не понимаю. Она же не террорист, чтобы снайпера держать в кустах. Тем более у меня нет винтовки, ха!
Он в ответ глянул на меня как-то снисходительно. Н-да. Не удалась шутка.
— Она хуже, — добавил он серьёзно. — И винтовка не нужна, просто поехали со мной.
Рома разводил детский сад, а маленькая девочка внутри сложила ладошки домиком и нашёптывала: «А если одним глазком? Из кустов? Никто не узнает». И я опять получу граблями по лбу. Больно.
— Если мама сказала, то так и есть.
— Что сказала?
— Сказала, что ты на него хорошо действуешь.
— Пф-ф-ф. Я не могу там объявиться. Точка.
— Это кафе рядом с домом. Ты проводила меня, мы сядем за отдельный стол.
— Смысл?
— Я по лицу всё пойму. Если что, сам подойду. Но если он тебя увидит хотя бы издали, будет лучше.
— Нет.
— Ты можешь не подходить.
— Это бред.
Рома вскочил со стула.
— Это не бред! У нас уже была очная ставка с этой выдрой. И мне нужен кто-то, кому Женя верит. Мне он не поверил! — В голосе и глазах Ромы было что-то больное, как от разорвавшейся гранаты.
— Что она может сказать?
— Что я взял деньги, расписавшись за мать. Запросто! Только я этого не делал.
— Зачем это ей?
— Всё за тем же… — выплюнул он и добавил, — Если он поверит выдре, скажу, чтобы на меня в суд подала. Главное, чтоб Женя не платил, опять.
Я подняла на него глаза.
— Одно условие.
— Какое?
— Что за старая история?
Он сел обратно на стул. Помолчал секунду, как будто решал, говорить или нет. Потом сказал:
— Она сказала, что я у неё, точнее, у её отца, базу скоммуниздил.
— Какую базу?
— С данными. У него в администрации доступ был. Она мне её продала. Сказала, на деньги в город, чтобы поехать с Женей, мол, родители не пускают. — Рома скривился, как от лимона. — Они, правда, нашу семью не любили. По статусу, так скажем. Кристина должна была на год позже поступать, навешала мне, что хотела на лето уехать к нему в Москву.
Он набрал в лёгкие побольше воздуха.
— Потом ко мне пришли. Это был жёсткий диск, не почта. Доказать я ничего не мог. Жене рассказал. Это прямо перед его вступительными было.
Снова повисла пауза.
— И? — осторожно попыталась его подтолкнуть к продолжению я.
— Он не сказал, что не поверил. Вытащил меня из этого говна, спустил все деньги, скопленные на город. Меня просто на учёт поставили, административку впаяли. Но... я понял, что он мне не поверил.