При других обстоятельствах, Майерс без колебаний отменил бы операцию. Теперь же его удерживали от этого три обстоятельства. Во-первых, другой возможности высадиться, скорее всего, не представиться — он не видел никаких признаков улучшения погоды. Во-вторых, высадку необходимо провести этой же ночью, чтобы уложиться в график проведения операции. И, наконец, в-третьих — Кейс рвался на берег.
Майерс спросил Кейса, возможно ли будет оставить лодки на берегу, Кейс заверил его, что из лодок выпустят воздух, затем перенесут вместе с остальными припасами к штабу Лейкока и спрячут до своего возвращения. Майерс по-прежнему нервничал, однако отдал приказ начинать операцию. Примерно в 18.52 он приказал открыть носовой люк и люк, ведущий на мостик.
Двадцать шесть коммандос 11-го Отряда и четыре бойца СБС поднялись на палубу.
21. Операция Крестоносец Минус 4 дня 14 ноября 1941 г. 19.00
«Торбэй» направлялась к берегу. На носу лодки стоял командир отряда СБС, лейтенант Ирландского гвардейского полка Томми «Толстяк» Лэнгтон, который напряженно всматривался в темноту. Позади него двое из трех его подчиненных — лейтенант полка Горцев Аргайла и Сатерленда Боб Инглез, бывший офицер 11-го Отряда коммандос, и капрал Нортгемптонширского полка Клайв Северн — укладывали в каноэ снаряжение. Было очень шумно — коммандос, держась за страховочный трос, натянутый от носа до рубки, накачивали насосами резиновые лодки. К счастью, плеск волн глушил все остальные звуки. Для Лэнгтона, перешедшего в СБС из 8-го Отряда коммандос, вода была родной стихией. Он входил в сборную Кембриджа по гребле, и участвовал в роковой гонке 1937 года, когда оксфордская команда Джока Льюиса обошла их на три корпуса. Тогда они показали худшее время за многие годы соревнований, и их поражение прервало длинную череду побед кембриджцев.
Лэнгтон мог только предполагать, где в кромешной тьме находится берег, однако внезапно вдали замелькали вспышки зеленого света — три серии по четыре тире, затем длинная пауза, после чего все повторилось сначала. Лэнгтон удивленно выдохнул: на берегу наверняка был Хаселден. Для него и остальных коммандос это был незабываемый момент.
«Нам говорили о том, что Хаселден будет встречать нас на берегу» — напишет он позже, — «однако всерьез в это никто не верил. Он отправился на задание из Каира три недели назад (на самом деле всего неделю назад), а за это время план операции несколько раз менялся.» По рядам бойцов прокатилась волна возбуждения. «При иных обстоятельствах», — продолжает Лэнгтон, — «мы, несомненно, закричали бы от радости».