Более всего Лейкока раздражало отсутствие информации о продвижении британских частей. Летели недели, и в канун Рождества 1941 года, поблизости от Кирены, они увидели издалека солдат, как им показалось, британской армии. Они не рискнули приближаться к ним в темноте, поэтому провели ночь в пещере в обществе трех бедуинов, с трудом веря, что их злоключения закончились и, как пишет Лейкок, «опасаясь разочарования, если вдруг это окажутся немцы.»
Они с нетерпением дожидались рассвета и практически не спали, а на рассвете подползли к солдатам на расстояние броска камнем. Солдаты носили британскую форму, итальянские шинели и арабские головные уборы… И только услышав их речь, Лейкок наконец признал, что это британцы. Это было Рождество 1941 года. Боб Лейкок и Джек Терри выжили, проведя сорок один день во вражеском тылу.
Считается, что избежали плена после провала рейда только Джек Терри и Боб Лейкок. Однако был и третий: Джон Брайтлбэнк из СБС, которому каким-то образом удалось выжить в Джебеле в одиночку. Терри и Лейкок не знали, что всего за день до их появления его подобрали британские войска. Лейкок и Терри поспешили в штаб Ричи, расположенный в Тмими, куда прибыли в 21.20. того же дня. Об их прибытии немедленно был извещен Главный штаб в Каире и британский министр-резидент на Ближнем Востоке Оливер Литтлтон. Послание гласило: «Полагаем, Вас заинтересует информация о том, что сегодня в 21.20 Рождественский ужин посетил Лейкок.»
На это был получен ответ следующего содержания: «Укажите причины, по которым Лейкок опоздал к ужину на один час и двадцать минут.»
Первое, что сделал Джек Терри по возвращении, это жадно съел банку мармелада, чтобы восполнить нехватку сахара. Когда его спросили, что он чувствует, проведя так много времени в тылу врага, сын мясника из Ноттингема мгновенно вспомнил бесконечные часы, когда ему приходилось случать «Ветер в ивах» и ответил: «Слава Богу, что мне не придется больше слушать об этом чортовом Мистере Жабе!»
36. Итоги
Попав в Штаб Армейской группировки Западной пустыни, Лейкок попытался найти лиц, ответственных за проведение операции, однако обнаружил, что сильно отстал от жизни: с начала ноября, когда коммандос отправились на задание, в штабе была проведена полная реорганизация. Затем Лейкок заболел, а когда оправился в начале января, то засел писать отчет, где постарался полностью снять с себя вину за неудачно прошедшую операцию.
Несмотря на провал, Штаб увидел прекрасную возможность для пропагандистской кампании, и потребовал у Лейкока имена отличившихся бойцов для награждения. Лейкок представил и Джеффри Кейса и Джека Терри к Кресту Виктории. Погибший сын Адмирала Флота получил эту высокую награду, выживший сын ноттингемского мясника остался без нее. Вместо Креста Виктории он был награжден Медалью за безупречную службу, хотя ему пришлось столкнуться с теми же трудностями, что и Кейсу, и емууспешно удалось провести отряд к побережью — где их разогнали в результате некомпетентности Лейкока. Мнение руководства, относительно результатов рейда, было небрежно написано от руки на обложке отчета Лейкока: «Сомневаюсь, что мы чего-то добились этой операцией.»