— Всемогущая! — выдохнула в отчаянии.

— Уже уходишь? — весело спросил капитан за моей спиной.

Резко развернулась и встретилась взглядом с его глазами. В них плясали смешинки.

— Я пыталась, — нервно улыбнулась. — Если бы вы задержались, может быть, даже получилось бы.

— Даже сомневаться не стану, — усмехнулся он. Сел в кресло, махнул на соседнее, — садись и рассказывай.

Легко сказать, а как начать?

* * *

Я села в кресло. От переживаний забарабанила пальцами по губам. Не знала, куда деть взгляд, потому что смотреть в глаза капитану не могла.

«Всемогущая! О чем ты только думала, Лина?»

— Чем дальше, тем интереснее, — нарушил Рассаширский тишину.

— Я… — прикрыла глаза. Почувствовала, что снова краснею.

— Теперь совсем нет сил ждать, пока ты решишься на этот свой вопрос, от которого так мило краснеешь, — словно специально издевался он надо мной.

— Я лучше пойду, — поднялась я. Не смогу завести этот разговор. Мне такие поступки не свойственны. И отец об этом знал. Гад! Злость нахлынула мгновенно, затушив всякий стыд.

— Сядь, Лина, — серьезным тоном приказал капитан. — В чем дело? Выкладывай.

Рухнула обратно. Отвернулась.

— Помолвка. Дастин не дает пройти. Как с ума сошел. Преследует везде. И намекнул, что отец может заставить пройти брачный ритуал, стоит мне только сунуться за пределы академии. Ну не могу же я тут сидеть пять лет безвылазно.

— Я могу тебя забрать отсюда, — тихо проговорил капитан.

Я бросила на него взгляд. В его темных глазах вновь сверкали желтые искры. Надо же, как красиво. Ни у кого больше ничего такого не видела.

— Это не решил проблему с помолвкой, — так же тихо ответила я.

— Найдем решение. Нужно всего лишь добыть договор и узнать условия разрыва помолвки, если Дастин будет настолько глуп, чтобы не разорвать ее самостоятельно.

— Я нашла, — выдохнула. — Кажется, — замялась и отвела взгляд.

— Я могу чем-то помочь, раз ты здесь. Чем? Не разжигай мое любопытство и мою фантазию, Лина, — усмехнулся он, явно наблюдая, как я краснею.

— Я погорячилась, — спрятала лицо в ладонях. — Я… Разозлилась. На отца, на Дастина. И… В общем, нет. Это ужасно стыдно. О, Всемогущая, — меня вдруг осенило, — у вас же есть возлюбленная! — воскликнула и прикусила язык, наблюдая за тем, как брови капитана ползут на лоб.

— Ты не выйдешь отсюда, пока не расскажешь мне все, — протянул капитан. Но в голосе его не было даже намека на угрозу. Какое-то ленивое наслаждение, от которого меня бросило в жар. — Для начала, о какой возлюбленной ты говоришь?

— У вас их несколько? — задохнулась я от возмущения и вытаращила глаза. На языке горело слово «бабник», но я сжала зубы, чтобы не выдать и это.