От первого удара я ушла. И от второго. Вступать в драку не планировала, но вскоре поняла, что девушка не успокоится. Она злилась все сильнее.

Я все же получила кулаком по лицу. Больно. Но уже в следующее мгновение больно стало и ей. Обманный выпад, подножка, и девушка рухнула на колени, вскрикнув.

— Не стоит недооце…

Договорить мне не дали. Кто-то из ее подружек смачно дал мне по спине у основания шеи. Ноги подогнулись и я рухнула на землю следующая. Следующий удар в живот мне прилетел уже ногой. Я задохнулась от боли. Хватанула воздуха, перекатилась и стала подниматься на ноги. Девушки явно не собирались шутить. Прошла лишь пара секунд, я была готова дать отпор и защищаться. Но не успела выпрямиться, как раздалось раздраженное:

— Все! В мой кабинет, быстро!

Я бросила взгляд на первую девушку, которая уже тоже поднялась на ноги.

— Ну вот, тебя и пригласили, — криво усмехнулась, потому что злость все еще кипела в крови.

— Стоун! — рыкнул капитан, — рот закрыть, в кабинет быстро!

— Есть, капитан, — ухмыльнулась я, хотя бы так нарушив его приказ. Выпрямилась и пошагала в кабинет, чувствуя, как колено отдается болью при каждом шаге.

* * *

— Каждая за отдельный стол! — скомандовал капитан, когда мы вошли в кабинет, где Рассаширский обычно вел занятия.

Я устроилась за первой же партой. Держалась спокойно. Эмоции схлынули, остались лишь немного боли и ощущение правоты. Я уж точно ни в чем не виновата. Но если Рассаширский начнет расспрашивать, конечно же, эти стервозины постараются скинуть всю вину на меня. Но даже это меня не слишком волновало. Я знала, что всего лишь защищалась, остальное — мелочи.

Рассаширский проследил, чтобы мы расселись, прошел к своему столу, вынул несколько листов, раздал и скомандовал:

— Объяснительную о произошедшем. Сейчас же. Спать никто не пойдет, пока я неполучу объяснения.

Мне понадобилось всего лишь несколько минут, чтобы обрисовать ситуацию. Выгораживать никого я не собиралась, впрочем, как и жаловаться. Лишь сухие факты о том, как все случилось. Правда, не удержалась и все же дописала:

«Причиной конфликта явилось безудержное влечение курсанта 4 курса к капитану Джордану Рассаширскому, которого она присвоила себе в своих фантазиях, и почему-то решила, что я посягаю на ее собственность».

Вдавила ручку в лист, поставив точку и вручила капитану. Он забрал, но уже начал читать другую объяснительную. Когда капитан взглянул на меня почерневшим взглядом, в которых отражалось предупреждение, я поняла, что последние строки его впечатлили. Особенно подача. Его взгляд был тяжелым, но я выдержала, невозмутимо смотрела на него и молчала. Как было и приказано.