Я растерялась еще больше. А он продолжал сверлить меня взглядом и улыбаться. А улыбка у него красивая, притягательная. От этой мысли я смутилась и отвела взгляд.

«Лина! О чем ты думаешь? Какая улыбка? — возмущенно подумала я. — Притягательная», — ответил мне мой язвительный внутренний голос. И я разозлилась на саму себя.

— Все в порядке, капитан, — отозвалась, стараясь сохранять ровный тон. — Спектакль не понравился, — глядя в глаза соврала ему.

Он чуть склонил голову и улыбнулся еще шире. Взгляд сам раз за разом съезжал на его растянутые в улыбке губы и белые зубы.

— Кажется, я начинаю понимать, когда ты лжешь, — заметил он.

— Вам кажется, — нагло уставилась в его глаза.

— Твой ухажер обидел тебя? — он чуть прищурился.

Я расплылась в дурацкой улыбке. Очень надеялась, что она была по-дурацки влюбленной.

— Мики? — побольше удивления в голос, — разве ж он может кого-то обидеть?

— Его учат убивать, — хмыкнул насмешливо капитан, — и он хорошо учится.

Улыбка с моего лица выветрилась мгновенно. Умеет капитан спустить с небес на землю и выбить из колеи одной фразой.

— Нет, он очень внимательный и заботливый, — отозвалась я.

Капитан продолжал улыбаться, но в его взгляде будто что-то изменилось. Отчего-то даже стало грустно, что в них больше не было той легкой веселости.

— Помнишь, я говорил, что ты можешь обратиться ко мне, если тебе понадобится помощь?

— Что-то такое припоминаю, — осторожно отозвалась я.

— Я больше не предлагаю, — спокойно заметил он. И продолжил очень настойчивым, даже чуть резковатым тоном. — Я требую, чтобы ты забыла о своей глупой гордости и пришла за помощью, если что-то будет угрожать. Это приказ, Стоун. Приказ старшего по званию. Поняла?

— П-поняла, — ошарашенно кивнула я.

— Я смогу уберечь тебя даже тогда, когда тебе может показаться, что бежать некуда.

Он смотрел на меня так, что я похолодела. Он будто бы знал. Его взгляд кричал мне, что он все обо мне знает. И меня накрыла паника. Страх ледяной рукой сдавил шею. Я пыталась сглотнуть, вдохнуть, но ничего не получалось. Я вцепилась пальцами в край стола и пыталась вернуть себе самообладание.

— Вот оно, взгляд загнанного зверя, — проговорил он, выдернул меня из-за стола и прижал к себе, тихо нашептывая на ухо:

— Дыши, Лина! Дыши, глупая! Включи голову! Я не пытаюсь навредить! И не хотел напугать. Я могу помочь.

— Ты знаешь, — выдохнула я. Ноги ослабели, и я с трудом устояла.

Хватанула воздуха. Еще и еще. Выпрямилась и отстранилась. Взглянула исподлобья, судорожно думая, что же делать дальше.

Он смотрел на меня прямо, открыто и уверенно.