— И много кто стал? — поинтересовался я.

— Пока трое, но я так понимаю, процесс пошёл.

— Ну если пошёл, то надо их быстрее всех принимать в клан!

— Не всё так просто, — Соломоныч немного замялся. — Я тебе позже расскажу. Давай с машиной для Мирона решим!

Меня удивило поведение старого коммерса, видимо, что-то у него пошло не так, не видел я раньше, чтобы он так мялся при разговоре. Но в тот момент мне было не до его бывшего альянса. Я рассказал Соломонычу про Калгана и что Арбатов — главный подозреваемый на данный момент.

Старый коммерс всё внимательно выслушал и сказал:

— Ну что я могу тебе сказать? Ситуация паршивая. Признаюсь, Калгана мне особо не жалко, а вот то, что среди нас крыса — новость едва ли не худшая за всё время, как мы Точку отвоевали. Если не считать приход орков, конечно. А что касается Мирона, то тут или меня тоже подозревайте, или верьте на слово мне, что он от меня ни на шаг не отходил сегодня.

— Верю, верю, — ответил я. — Пойдём лучше к нему быстрее, а то он как бы в розыске сейчас формально.

Мы отправились на улицу и вышли из штаба очень вовремя — в тот момент, когда к ничего не подозревающему Мирону со всех ног нёсся Сибиряк. Я успел к Арбатову раньше Жоры и стал стеной между ним и блатным авторитетом. Тут же подбежал и Генрих.

Соломоныч рассказал блатным, как они с Мироном ездили к коммерсам. К моему удивлению и радости, они в словах старого барыги не усомнились. А Генрих вообще сказал, что ему нет необходимости верить Соломонычу на слово, потому как у него есть свой человек среди коммерсов, который может это всё, если нужно, подтвердить или опровергнуть. Мне показалось, Генрих это сказал, чтобы у нас не возникло ощущение, что он сильно уж доверяет Соломонычу.

Так или иначе, вопрос был решён, а Сибиряк даже проявил чудеса вежливости и извинился перед Мироном за то, что его подозревал. Арбатов к тому времени, разве что не падал в обморок. Ему было плевать как на извинения Жоры, так и на то, что его, вообще, кто-то в чём-то подозревал. Он хотел как можно быстрее добраться до больницы и получить медицинскую помощь.

Генрих поручил своим ребятам отвезти Мирона в больницу, а я позвонил Ринату, объяснил ему ситуацию, отменил приказ об аресте Арбатова и попросил приехать через полчаса на важное собрание.

После чего посмотрел на Соломоныча, Генриха и Сибиряка. Как ни крути, но в любом из них я меньше всего видел помощника Шамана, а с кем-то ситуацию обсудить было необходимо. Джинн вырвался из бутылки, все уже знают, что убили Калгана, и все, кто был на последнем собрании, понимают, один из нас к этому причастен. В том, что этот вопрос поднимется через полчаса, можно было не сомневаться. А поднимать его ой как не хотелось.