— Вообще, не проблема, — ответил Колян и улыбнулся так широко и искренне, что мне стало не по себе.
— Можешь сразу начинать, чтобы он не думал, что с ним будут церемониться, — добавил я.
Друг кивнул и направился навстречу процессии. Приблизившись к снайперу, Колян ударил его по лицу и сорвал с него балаклаву.
Знакомая платина волос рассыпалась по серому маскировочному костюму.
Колян резко отпрянул назад, а я второй раз за день испытал ощущение уходящей из-под ног земли.
Глава 27
Слов не было, желания устраивать «разборки» тоже, единственное, что я в тот момент искренне хотел — это провалиться сквозь землю. Каждый раз, когда мне казалось, что наступил предел творящемуся вокруг сумасшествию, оказывалось, что я заблуждался.
— Катя! Как? — единственное, что я смог сказать, когда процессия приблизилась ко мне.
— Согласна, недоработала, — совершенно спокойно ответила Катя. — Но я не думала, что он будет стрелять. Казалось, он просто наблюдает.
— Кто? — спросил я на автомате.
— Снайпер. Он наблюдал, потом куда-то звонил, а затем достал винтовку и выстрелил. Я еле успела. Он там, на крыше магазина.
Катя махнула рукой в сторону разрушенного магазина, и Ринат сразу же дал команду своим бойцам осмотреть здание и его крышу.
— Повезло, что он долго целился, — продолжила Катя. — Но это в любом случае не отменяет того, что я недоработала.
Катя подошла к дверному проёму, присмотрелась к нему, достала нож и выковыряла из проёма пулю.
— Семь шестьдесят два, — сказала она, показывая пулю всем нам. — Из СВД стрелял.
— А ты с чего? — поинтересовался всё ещё настороженный Ринат.
— У меня «Винторез», — ответила Катя. — Он там остался, за домом. Я не рискнула с ним выходить. Пусть кто-нибудь за ним сбегает, пока ему никто ноги не приделал. Он хороший, пристрелянный.
Ринат кивнул одному из ребят, и тот побежал за Катиным оружием. А я вспомнил, что звук выстрела показался мне странным. Теперь, стало понятно, почему: это два выстрела прозвучали одновременно.
Несмотря на то, что всё оказалось вовсе даже неплохо, эти качели меня практически добили в эмоциональном плане. По логике я должен был обрадоваться, что Катя спасла Ильдара, а возможно, и меня, но сил на эмоции уже не осталось.
— Ты за нами следила, что ли? — спросил я. — Зачем?
— Зачем, я тебе потом расскажу, — ответила Катя. — Я, вообще, думала, что снайпер в тебя стрелять собрался.
Катя тяжело вздохнула и хотела сказать, что-то ещё, но Колян не дал ей этого сделать. Он неожиданно со всей силы пнул валяющуюся на земле пластиковую бутылку из-под воды и заорал: