— Ну тогда можешь пойти пока подремать, — Савков опять улыбнулся. — Дело нам предстоит не самое быстрое.

Меня почему-то очень разозлила улыбка Савкова. Возможно, для него, как для человека военного, всё это было делом скучным и обыденным, но какой-то несерьёзностью веяло от его улыбки. Будто я попросил мне котёнка с дерева снять, а не вооружённого подозреваемого вытащить из подвала.

Пока я злился на Савкова, раздался взрыв, после чего почти сразу застрочил пулемёт. По дымящемуся чердаку дома я понял, Ринат решил выстрелом из гранатомёта показать Омарову, кто является хозяином положения. Ильдар, разумеется, огрызнулся в ответ, но долго стрелять не стал.

Наступила тишина, скорее всего, ненадолго. Савков отправился к Ринату, а я прикидывал, какова была вероятность того, что мои товарищи смогут вытащить Ильдара из его убежища живым. Я переживал, как бы он, находясь в безвыходном положении, ни сотворил какую-нибудь глупость, например, не выскочил из дома с пулемётом наперевес. Да и выстрелы из гранатомёта по особняку не увеличивали шансы Омарова на выживание. Мои товарищи хоть и стреляли по чердаку, стараясь запугать противника, а не ранить, но случиться могло всё что угодно.

Ещё меня удивило, что Система не ввела запрет на использование огнестрельного оружия, видимо, не посчитала эту стычку игровым моментом. Значит, и на «плюшки» за поимку Ильдара особо рассчитывать не стоило. Я кивнул Червякову, приглашая его отойти в сторонку.

— Попробуй выйти с Омаровым на связь, — сказал я Егору, когда мы отдалились от Коляна и телохранителей на достаточное расстояние, чтобы те не слышали нашего разговора. — Что он сейчас делает?

Парнишка кивнул и закрыл глаза. Спустя минуту он негромко сказал:

— Разделся по пояс. Привязывает к себе что-то, к груди.

— Только не говори, что взрывчатку! — вырвалось у меня.

— Я не знаю, как выглядит взрывчатка, — ответил Егор. — Но вполне может быть.

— Кино ни разу не смотрел про террористов, что ли? — удивился я.

— Ну брусочки такие красные, размером с ладонь, штук десять. Он их по две сматывает и скотчем к груди и животу клеит.

Судя по описанию, это были тротиловые шашки, и ничего хорошего нам эти действия Омарова не сулили. Признаться, я не был готов к такому повороту. Ринат с Савковым, скорее всего, тоже.

И поскольку Ильдар вешал взрывчатку на себя, а не мастерил из неё подобие бомбы, то стало понятно: иллюзий относительно своего спасения он не строит. У него не было заложников, которыми можно прикрыться, и он не знал, что нужен мне живым, поэтому цель у Омарова могла быть только одна — выйти со взрывчаткой наружу, где подорвать себя и забрать вместе с собой как можно больше народа.