Я понимал, что и с информацией о внешности Шамана, шансы на его поимку не сильно увеличатся. Но мало ли, тем более, наши партнёры из КСК обещали на днях наконец-таки привезти камеры наблюдения.

— Я честно не знаю, как выглядит Шаман, — почти простонал Омаров, от его первоначальной свежести не осталось и следа. — Чем я ещё могу тебе помочь?

— Больше ничем. Спасибо, что зашёл! Не буду больше тебя задерживать.

Я пожал Ильдару руку, и он отправился вниз, чтобы его под охраной отвели в место, где он прятался. А я облокотился на перила балкона, подставил лицо усилившемуся ветру и испытал ещё одно неприятное чувство.

Я не мог понять, было ли это ощущение потерянного зря получаса или досада, что не получил желаемого. Но радовало, что не потратил время на поход к Омарову. Впрочем, я был уверен: он явно знал что-то ценное, но в данный момент у меня просто не было времени водить с ним долгие беседы в надежде выпытать из него хоть часть этой информации. Стоило отправить к нему Соломоныча, тот за кружечкой коньячка мог бы сделать всё намного эффективнее.

Но и сказать, что я ничего не получил от этого разговора, было бы неправильно. Мне запали слова Омарова о том, что Шаман ходил в маске не по причине психического расстройства, а с вполне конкретной целью — чтобы иметь возможность без маски мониторить настроения на Точке и, возможно, проворачивать то, что он не мог делать в образе адепта Магии Крови. Ведь это было невероятно удобно — наводить в маске ужас на всю Точку, а без маски спокойно общаться с теми, кого запугал.

Образ сумасшедшего маньяка всё больше трансформировался в умного, хитрого, просчитывающего все мелочи врага.

Мог встать вопрос, как его никто не вычислил по голосу, но я сразу же вспомнил одного парнишку со своей работы. Он выполнял у нас обязанности менеджера по работе с клиентами. Работал не сказать чтобы отлично, но и ошибок много не допускал. И была у него одна особенность — он мог изменять голос. И когда у него возникали проблемы с кем-то из клиентов, он звоним им и женским голосом представлялся руководителем отдела Вероникой. Выслушивал жалобы, обещал сам себя наказать и почти всегда решал таким образом проблему.

Если Шаман обладал такой способностью к перемене голоса, то слова Ильдара о том, что это был один из известных людей Точки, вполне могли оказаться правдой. Так или иначе, опасный враг был рядом, причём настолько близко, что становилось жутко. И надо было как можно быстрее его вычислить и поймать. Ещё этот странный сон и эти намёки, что я теряю время и делаю что-то не то, добавляли нервозности. И я всё больше приходил к мысли, что это никакой не сон.