На совещании я первый делом объявил, что планирую выполнить квест на принесение в жертву Магии Огня кого-либо из врагов нашего клана, не уточняя, что имею в виду погибшего Медведя.

— Это правильно! — поддержал меня Генрих, едва услышав о моих планах. — Нельзя квестами разбрасываться. Тем более, такими важными!

После чего блатной авторитет указал пальцем на наших пленников и совершенно спокойным тоном спросил:

— Кого из них выбрал для этого? Или обоих решил?

Неруш и Пустовалов мгновенно побледнели. Первый стал нервно хватать ртом воздух, словно начал задыхаться. Видимо, что-то хотел сказать, но от испуга не смог этого сделать. У второго получилось справиться со страхом и пробормотать:

— Как же? Ты же обещал отпустить!

Оба попытались вскочить со стульев, но охрана надёжно это дело пресекла.

Я мог сразу успокоить красных главарей и сказать, что не собираюсь отправлять их на костёр, но вспомнил испуганное лицо Червякова и, наоборот, усугубил ситуацию.

— Думаю, обоих, — ответил я Генриху. — Хотя, если хочешь, можешь, одного помиловать. Мне всё равно.

— Помиловать! — Генрих рассмеялся. — Я хочу с них кожу содрать перед тем, как сжигать будем. А ты говоришь, помиловать.

— Нет, — я отрицательно покачал головой. — Кожу мы с них сдирать не будем. Это чревато тем, что прольётся кровь. А у нас жертвоприношение Магии Огня, а не Крови! Поэтому просто сожжём их, и всё!

И тут у Пустовалова началась истерика. Он кричал, пытался вырваться, ругался, обвинял меня в обмане, но ребята-охранники надёжно его зафиксировали на стуле. А вот Неруш смог справиться с эмоциями. Он всё так же был бледен, но держался с достоинством.

— Ладно, — сказал я, когда истерика Пустовалова прекратилась. — Я пошутил. Не будем мы вас жечь. Вы мне для другого пригодитесь.

Пленники облегчённо выдохнули, но не на шутку расстроился Генрих. Как оказалось, он не понял, что я пугаю красных, а решил, что у меня действительно в планах принести их в жертву.

— Для какого ещё дела мы тебе нужны? — спросил, удивительно быстро осмелевший Неруш. — Ты, вообще-то, нас обещал отпустить. Клятву давал.

— То, что я дал клятву отпустить, никак не мешает мне попросить вас о небольшой услуге. А то ведь я могу отпустить вас и без ушей, — ответил я и поймал себя на мысли, что меня никак не отпускает жуткий поступок Коляна.

— Лучше бы ты их сжёг, чем пугать, — мрачно сказал Генрих.

— Не спорю, — согласился я. — Но клятва — есть клятва! Тем более Огнём клялся перед взором Системы. Боязно нарушать. И, как я уже сказал, они за это должны будут оказать нам услугу.