Продолжать стоять и смотреть на костёр, смысла не было, сделать что-либо ещё в рамках выполнения квеста я не мог, поэтому пошёл к стоящим неподалёку Нерушу и Пустовалову, чтобы побыстрее закончить и с этим неприятным делом. Там же находились почти все мои товарищи.

— Вы свободны! — сказал я пленникам, сразу же, как подошёл. — Я вас отпускаю, как и обещал. У вас есть пятнадцать минут, чтобы покинуть Свободный Город. И поспешите, пока народ смотрит на костёр, никто не обратит внимания на то, что вы куда-то подевались.

— Как это покинуть город? — удивился Пустовалов. — А куда мы пойдём?

— Да куда хотите. Вот это меня точно волнует меньше всего.

— Так не пойдёт, — опять на удивление нагло сказал Неруш.

Его спокойный наглый тон оказался последней каплей, которая вывела-таки меня и себя. Я быстро шагнул к бывшему красному главарю и со всей силы ударил его кулаком под дых. Пленник согнулся и застонал.

— Слушай внимательно, пока есть чем! — с этими словами я от души ударил Неруша ладонью по правому уху. — Тут я решаю, что пойдёт, а что не пойдёт! Ещё раз вякнешь и пойдёшь за Медведем, причём живьём! Пошли на хер с территории нашего города, пока я не передумал!

— Но нам там конец, — едва не плача, промямлил Пустовалов.

— Ваши проблемы! Я дал слово вас отпустить, я вас отпускаю! Я поклялся Огнём, и видит Система, я держу слово! Всё! Разговор окончен! Через пятнадцать минут, если вы за это время не покинете Свободный Город, вами займётся Генрих!

Пустовалов практически плакал, а вот Неруш опять держался с завидным спокойствием, разве что потирал покрасневшее ухо.

— Колян, пожалуйста, проконтролируй, чтобы они покинули территорию города, — попросил я друга. — Чтобы никто их по дороге не грохнул. Не хочу нарушать клятву Огнём.

— Не вопрос! — мой товарищ бодро потряс в руке автоматом и прикрикнул на пленников: — Слышали приказ Верховного Мага? Быстро на фиг из нашего города!

И в этот момент, когда я посчитал, что и вопрос с пленниками уже решён, случилось нечто очень странное: Колян неожиданно остановился и замер, причём так резко, что все обратили на это внимание. Мой друг застыл, его лицо покраснело, и он срывающимся на крик голосом прохрипел:

— Я не буду это делать! Нет! Я не буду! Нет! Я не могу! Нет! Нет!

После чего Колян упал на землю и забился в конвульсиях. Он кричал что-то нечленораздельное и размахивал руками и ногами, словно от чего-то отбивался. Ребята тут же бросились к моему другу, кто-то выхватил автомат, кто-то попытался зафиксировать его на земле, чтобы Колян не нанёс себе травм. Смотревший на всё это Смоляков, тут же достал рулон фольги и принялся обматывать Коляну голову. Бывший Распорядитель, после того, как я вернул его из состояния зомби, никогда не расставался с фольгой. Когда ему казалось, что он начинает себя неважно чувствовать, он тут же обматывал себе голову на всякий случай.