— Ты что, тоже учёный?
— Аллах очень их чтит, — сообщил я. — Ученье свет, неученье — Россия.
Он поморщился от такого выпада, вытащил из кармана сложенный ввосьмеро большой лист бумаги.
— Вот передал. Не думал, что пригодится.
Я взял, посмотрел. Почерк быстрый, нервный, этот человек вынужден писать много, но очень этого не любит. И приблизительный рисунок.
— Знаю такого, — сообщил я. — Тварь травоядная, хотя травы там ещё нет. Точнее, растительноядная. Аллах милостив, всем даёт место на земле.
Он сказал хитро:
— Значит, не опасная?
Я сдвинул плечами.
— Попробуй подойди к гусаку, петуху или быку на воле там, где считают своей кормовой базой!
— Понял, — ответил он. — Что ответить?
— Откуда я знаю, — спросил я высокомерно. — Сказали, сколько платят?
— Предлагает двадцать тысяч, — сообщил он. — За один рейд! Какие деньжищи!
Я покачал головой.
— Не пойдет, Мухаммад назовет меня неумным, а как я могу его гневить?
— Почему?
— Я тебе сколько привез сейчас, гяур?
Он сказал с готовностью:
— Точно не подсчитал, но не меньше, чем сорок пять-пятьдесят… Ага, понял.
— То-то, — сказал я. — А в следующий раз Аллах позволит набить на семьдесят. Я уже прикинул, как выполню волю Милостивого и Милосерднейшего.
— Понял, — повторил он. — Значит, не меньше сорока?
— Не меньше пятидесяти, — сказал я. — Зачем на кормовом участке моего кровного друга Юрия чужой человек?
Он усмехнулся, в глазах проступило явное одобрение. Хотя и понятно, кроме этой Щели могу перебраться в такую, где добычи побольше и стоит дороже, но понятно и то, что эту не хочу отдавать, пока не выберу всё, что смогу.
— Я всё передам, — пообещал он.
Деньги у меня пока есть, можно вообще такие заказы не брать, но вдруг да этот учёный чем-то интересен. Знакомство и в ученом мире не помешает, пусть знания у них на уровне нашего первого-второго класса в школе.
Тадэуш помог рабочим Анрыла стащить туши на землю, а куда потащат дальше, нам уже не интересно, я получил за ньясазавров тридцать тысяч рублей, а за дилофозавра сорок четыре, да и то у Анрыла такое выражение, что меня здорово нагрел, а одну только голову дилофозавра с его изумительным воротником продаст тысяч за сто.
Тадэуш на обратном пути вздыхал, наконец проговорил потрясенно:
— Семьдесят четыре тысячи! С ума сойти. А когда мой хозяин снова пойдет на эту охоту?
Я сказал строго:
— Ему учиться надо!.. Пока я за него. А деньги… Вот все семьдесят четыре тысячи, держи. Всё передай ему, понял? Я проверю.
Он спросил недоверчиво:
— А себе… почему?
Я ответил напыщенно:
— Я горский князь!.. Мой род владеет двумя золотыми рудниками. Я могу купить половину Петербурга!