Быстро снял с их рук родовые перстни, браслеты, пошарил в карманах и выгреб всё, что отыскал: деньги, скомканные записки, явно женский носовой платочек, сорвал с шеи защитные амулеты на золотых цепочках.
Последних двух вырубил тоже замком и прямым с правой в челюсть, никакого разнообразия, зато надежно.
Не промахнулся, аугментация хорошо направляет руку, просчитав траекторию, потому замок впечатался первому в лоб, а под ударом кулака хрустнули зубы. Ну да ладно, у них хорошие лекари, как уже знаю, быстро подлечат, если кому совсем худо.
Глава 15
Утром ещё до начала занятий меня перехватил Клингхоффер, бледный и жалкий, встретился мне во дворе, подошел с опаской, шепнул:
— Вадбольский, ты выиграл… Сколько хочешь за наши родовые перстни и амулеты?
Я посмотрел с высокомерным изумлением.
— А кто сказал, что это был я?
Он прошептал:
— Мы проиграли, признаю. Больше нас на такое не подобьют. Но без родовых перстней дома ждет ад. Говори, что хочешь?.. Ты же и так забрал все наши деньги!
— Что, — удивился я, — разве все? А в банках и сейфах?.. Нет уж, карманными не отделаетесь.
Он вздохнул, но проигрыш есть проигрыш, сказал угрюмо:
— Назови.
— Первое, — сказал я, — прекращаете всякие поползновения в мою сторону, но это ты уже озвучил без всякого моего нажима. Второе, с вас штраф в сто тысяч рублей.
Он скривился, но кивнул.
— Согласен.
— Отвечаешь за всех?
— Мы сразу переговорили ещё вчера ночью.
— И ещё, — сказал я с расстановкой, — двести тысяч рублей за оскорбление княжны Глорианы! Вы осмелились впутать и её имя, я мог бы передать всё ей, стала бы вашим личным врагом… но вам лучше отделаться штрафом… и я ей ничего не скажу.
Он жалко проговорил:
— Где мы возьмем триста тысяч рублей?
— Вы все пятеро богатенькие, — напомнил я.
Он сказал торопливо:
— Нам родители ежемесячно выдают только на карманные расходы…
— У вас хорошие расходы, — сказал я. — Но мне неважно, срок — неделя. Иначе и Глориана узнает, как прикрывались её именем, и я тоже приму такие меры, что вам и жить не захочется.
Через два дня, как только Анрыл, хозяин оружейного магазина, и обещал, к его домику подогнали старый ободранный автомобильчик, даже я, ботаник, понял, собранный из частей разбитых и выброшенных богатеями.
Я как раз прибыл с полным мешком добычи, Анрыл смерил меня уважительным взглядом, не всякий крепкий мужик донесет такую тяжесть из Щели Дьявола, а я всё-таки шестнадцатилетний школяр, студент, барчук, должен быть изнеженным и хлипким… ну, в какой-то мере, слишком хлипких вообще не берут в Академию, она с военным уклоном.