Пролог
В воздухе висело напряжение. Казалось, мир замер. Замолчал бушующий последние дни ветер, развеялись тучи, стихла гроза. На небосводе ярко светились три спутника.
— Во славу Великой Матери! Казнить!
Послышался звук сотен тысяч вынимаемых клинков. Отточенным движением острия вонзались в шеи безвольных жертв. Тела упали на Красную площадь. Звуки бряцающих кандалов слились в один протяжный звон. Слышались крики и стоны умирающих.
— Напоить капище!
Ножи перерезали глотки. Полилась кровь. Красные фонтаны ручьями стекали по трубам, ведущим к резервуарам. Миллионы литров должны были заставить Великую Матерь откликнуться на зов.
И она явилась.
В воздухе возникла двадцатиметровая фигура маленькой девочки. Все воины упали, касаясь лбами пропитанной кровью земли. И только Всевластитель клана сохранил достоинство. Могущественный игрок максимального уровня встал на одно колено. В его руках были артефакты власти: божественных скипетр и держава.
— Ты принес мне великий дар, Российский Патриарх! — раздался над площадью девичий голос. — Ты звал меня, и я пришла. Но помни: ты можешь призвать меня только единожды. Вы не ведете крупных войн, ваш клан богат и влиятелен, ваши земли полны корма. Что же заставило тебя совершить сей поступок?
— Мой сын... Он умирает...
Фигура уменьшалась. Она неспешно парила, приближаясь к лежащему на постаменте телу. Великая Матерь взглянула в лицо молодого наследника:
— Он ведь совсем юн! — она погладила юношу по исхудалой щеке. — Что же с ним случилось?
— Проклятие. Страшное проклятие. Он не может питаться. Его организм больше не принимает чужую кровь. С его смертью род Российского клана прервется. Пройдет несколько десятков лет, и враги прознают про это. На моих территориях начнется смута и междоусобица. Герцоги захотят захватить трон. Начнутся вторжения в наши земли. Войны захлестнут все границы. Без наследника наш клан не сможет выстоять. Тиамат, помоги нам! — Патриарх рухнул на колени. — Излечи моего сына!
Великая Матерь притронулась руками к голове наследника и закрыла глаза. Проносились секунды, шли минуты, тянулись часы. Никто на площади не поднимал взгляд, никто не встал, никто не заговорил.
— Его дух уже в моих чертогах, — сказала Тиамат через двое суток. — Он счастлив. Он гуляет по берегам Темного океана и наслаждается видом бушующих волн. Он просил передать, что больше не вернется в ваш мир. И он очень любит тебя. Ты зря призвал меня. Я не могу помочь. Пройдет год-другой, и его пустая оболочка умрёт. Сколько ему было? Он совсем юный.
— Восемьдесят три. Девятый уровень, — тело Всевластителя болело. Он также продолжал стоять на коленях. Но он не выказывал признаков слабости. — Великая Матерь, можно сохранить хотя бы оболочку? Возможно ли будет поместить чужой дух в его тело?