Я увидел, как в воздух взмывает один из флагов. Отлично! Все уже должны быть здесь. И ведут себя тихо. Молодцы!
Моя группа (самая многочисленная) сгрудилась возле входа. Мы наблюдали за людьми, которые жарили на вертеле скворчащее мясо.
— Каннибалы! — сказал лысый боец, которой всю дорогу был рядом со мной. — Семеро.
— Восемь, — поправил я. — Ниша в стене под потолком. Там засел арбалетчик.
— А если таких арбалетчиков много? Или за поворотом кто-то стоит?
На вторые сутки пребывания в новом мире я ликвидировал двух солдат императорской гвардии. У них были блокноты с записями, которые я досконально изучил. Из них следовало, что к этим катакомбам ни в коем случае нельзя приближаться. При этом значилось, что это единственный известных вход и он прямой, как стрела. Я это говорил на собрании, но пришлось напомнить ещё раз:
— Тут нет поворотов. Первые пятьдесят метров ровный тоннель. Потом он идет вниз на сто пятьдесят метров. Эти твари сидят как раз у спуска, — я оглядел бойцов: все лица сосредоточенные, глаза смотрят с прищуром, руки уверенно держат наконечники и другое холодное оружие. — Начинаем! Запускай туман!
Глава 32. Гадючье гнездо
Требовалось время, чтобы один из бойцов воссоздал непроглядную пелену тумана. Нам нужно было подойти максимально близко и желательно бесшумно. Эхо в коридоре разносится будь здоров, и крики каннибалов могли оповестить других жителей, которые сейчас скрывались в темных тоннелях.
Я показал на себя, на засевшего арбалетчика, а после провел ребром ладони по шеи. Затем обозначил цель для других групп. В живых решил оставить двух человек. Первый восседал перед костром на деревянном табурете. По широко расставленным ногам я понял, что именно этот ублюдок главный в шайке. Он курил какую-то сизую гадость, и периодически плевал в огонь. Второй — стоял, прислонившись к стене. Лицо скрывал глубокий капюшон. Со стороны казалось, будто он спит. Думаю, это местный разведчик. Такие всегда в курсе всех новостей. К тому же, без сомнения, знает тоннели как свои пять пальцев. Остальные люди ничем примечательным не выделялись, так что это отребье можно было пускать в расход.
Воздух сгущался. Густая дымка окатывала нас с головы до ног. Почувствовался холод. Из рта пробился пар. Дыхание сдавило, будто кто-то пережал грудь. В промороженном носу ощущались колючие льдинки. М-да, где-то, видимо, боец напортачил. В прошлый раз такого точно не было. Выговор ему с занесением в личное дело! Хе-хе. Зато цель свою выполнил: я ничего не вижу в метре от себя. Надеюсь, и эти ублюдки нас тоже не заметят. Мы мелкими шагами двинулись вперед.