Я понял, что нашего отряда хватит, чтобы захватить и удержать пост смотрящего. Прапор, конечно, был не согласен и сказал, чтобы я обучил ещё пару-тройку десятков проверенных людей. Подумав, я всё же согласился. При этом не оставил мыслей посетить другие катакомбы. Там ведь тоже есть много адекватных жителей.
Лёня уже клевал носом. Да и другие воины выглядели не лучше. Медленная и размеренная жизнь в основной обители не приучила их к отсутствию сна. А в себе я ощутил странность: спать совершенно не хотелось, хоть с момента моего пробуждения прошло уже достаточно времени. И это было плохо — вдруг мозги сварятся от постоянной нагрузки? Я же не знаю всех возможностей своего нового организма. А если мне требуется для поддержания тонуса какой-нибудь магический элексир или волшебное снадобье? Этого тоже отрицать не следует. Другой мир — другие правила. Так что пришлось отпускать всех. Но перед этим я отобрал троих молодых да сообразительных парней, которые внешне могли пойти за благородных. Ну и наказал заменить Демида в его нелегком деле — пущай за Артуром и двумя другими смутьянами следит кто-то другой. Кто именно — не моя забота. Бойцы должны были в будущем играть роль благородных. Также не забыл напомнить, чтобы все жители катакомб говорили незваным гостям, что лидера больше нет (сдается мне, что дворяне могут прислать ещё одну группу ревизоров). Ну и напоследок сказал, чтобы через сутки все присутствующие собрались в моей новой квартире. Там бы будем обговаривать план дальнейших действий.
Я смотрел на аристократа и улыбался. Наконец-то у меня появилась возможность в спокойной обстановке узнать, что из себя представляют дворяне: какой их строй, кто их лидер, какова их политика. И в нашем разговоре я собирался вытащить всё, что только возможно.
Глава 30. Кто владеет информацией, тот владеет миром
Шли вторые сутки после начала допроса. Мне даже не потребовалось показывать отсутствующие печати: пленник и без этого всё прекрасно рассказывал. Для проформы, конечно, он помолчал немного, но вырванные с мясом ногти и отрезанные уши расставили всё по своим местам. Да и Влада среагировала, сказав, что его принесут в жертву стражу (это было последней каплей) — запел как миленький. Уж не знаю, чего аристократ так испугался призрака. Вроде бы вполне себе милое бестелесное создание...
Я сразу же раскусил его план. Благородный говорил, что очень сожалеет о содеянном, и клялся, что больше так делать не будет. Сетовал на бедную жизнь опустившегося дворянина и пытался по-всякому задобрить меня. Цель была проста: разжалобить и попроситься на свободу. Естественно, он обещал, что сразу же забудет и про непокорный корм, и про катакомбы, и про всё, что здесь услышал и увидел. А я подыгрывал, стараясь, чтобы иллюзия нашего доверительного общения не развеивалась. Я поил его кровью и алкоголем, дважды мы обедали принесенной снедью, а один раз даже позволил поспать пять часов на матраце из шатра.