— Эй, Петруха, ля какой туманище! — раздалось сверху.

— Чертовщина какая-то! — сплюнул главарь. — И костер гаснет!

— Опять духи шалят что ли?

— Не думаю, — глухим голосом сказал человек в капюшоне. — Летом они никогда не приходят. Нужно оповестить Горемыку.

— Ну так вали и предупреждай! — рявкнул Петруха. Он попробовал мясо на вертеле, после сплюнул и сказал: — Не дожарилось.

— Дров подкинь, — посоветовал разведчик, отлепился от стены и зашагал вниз.

Тьфу, шельма! Теперь поздно что-либо меня. Придется брать одного языка. Я вскинул арбалет и сразу же крикнул:

— Работаем!

Туман тут же рассосался. Первый болт навылет прошел через голову засевшего наверху стрелка. На лбу образовалась аккуратная точка, но из затылка выдрало порядочный кусок черепа. Ошметки забрызгали всю поверхность. Второй — пробил спину уходящего каннибала. Разведчик завалился. Его тело, ведомое инерцией, пару раз кувыркнулось и замерло.

Бойцы налетели на противника как саранча на поле с пшеницей. Никто из ублюдков не успел взяться за оружие. Наконечники стрел вонзались в податливую плоть и вырывали куски мяса. Дубины дробили кости. Клинки вспарывали шеи и животы.

Петрухе раскурочило ноги. Я сразу же подбежал к главарю и вдавил последний болт в район рта. Щеки натянулись. Зубы сомкнулись на металле.

Могу сказать, что для первого раза мы сработали чисто: никто не успел поднять лишнего шума, свидетелей нет, из наших никто не погиб. Хотя огрехи тоже были: главарь теперь не может сам передвигаться, много крови и грязи, да еще и вертел с небольшой человеческой ножкой сбили. Но, повторюсь, для первого раза — пойдет.

— Отходим! — сказал я, заламывая каннибала. — Все тела — с собой. Арбалетчика не забудьте. И вон того красавца тоже, — кивок на разведчика. — Здесь остается твоя пятерка, — я посмотрел на лысого мужика, который всё ещё считал себя кормом. — Затрите все следы. Если увидите кого-то внизу, сразу бегите к остальной группе. Не геройствуйте. Мы вернемся через двадцать минут. Работаем!

Петрухе вставили нормальный кляп. Я быстро перетянул его раны (а то ещё откинется раньше времени — нехорошо будет. Такого людоеда поберечь надо). Воины похватали уничтоженных ублюдков и потащили их на выход. Оставшиеся бойцы уже вдыхали травы, чтобы с помощью магии навести марафет.

Ещё по три человека я оставил возле арки и на каждых пятидесяти метров до точки рандеву. Эх, нам бы рации, насколько бы всё было проще! Но чего нет, того нет.

Поскидывали убитых каннибалов в ближайшую канаву. На улице стояла темень, так что мы не опасались, что кто-то увидит тела. Случайных людей здесь точно нет, а остальных я приказал пускать в расход. Потом Осип задвинет землю, и об этих трупах можно будет не беспокоиться.