внимательно, что мне сразу стало не по себе.

— Мне нужно в аэропорт, — сказал он после короткой паузы. — Сегодня прилетает человек,

которому я должен передать флешку.

Сон с меня слетел мгновенно.

— Это опасно?

— Очень. Но и очень важно.

— И когда ты собирался мне об этом сообщить? После того, как уже уйдешь? Или записку

оставить на холодильнике? “Донна, ушел разруливать смертельно опасные дела, к ужину буду

дома” — так, что ли?

Нико ничего мне не ответил. Ни колкости, ни усмешки — и это для меня означало, что все

действительно серьезно. Масштабы трагедии удручали.

— Донна, — произнес он тихо. — Сегодня мне не хочется с тобой спорить.

— Отлично, потому что я тоже не хочу. И я еду с тобой.

— Нет.

— Да.

Он закрыл глаза на секунду, прекрасно понимая, что я не собираюсь отступать от своих слов.

— Ты останешься дома.

— Дома? — я даже рассмеялась от возмущения. — Серьезно? Ты уедешь, а я буду сидеть одна и

делать вид, что не переживаю? А если они решат давить на тебя через меня? Что тогда ты

будешь делать?

— Я оставлю людей.

— И что? Да и вообще. Нет! Нет и точка, Нико. Если все уже закрутилось, то я одна дома не

останусь. Во-первых, это действительно опасно и мне страшно. Во-вторых, я уже и так замешана

в этом по уши. А в-третьих, если ты сейчас попытаешься запереть меня здесь, я тебе клянусь,

я такое устрою, что тебе будет проще взять меня с собой добровольно.

Он смотрел на меня долго и очень недовольно, но меня его хмурые взгляды мало волновали. Я

видела, как в нем борется привычка все решать за двоих и неприятная, но честная мысль, что в

этот раз я права. Дом действительно больше не был крепостью. Да и я уже давно перестала быть

той девочкой, которую можно просто посадить в квартире и надеяться, что она никуда не

полезет.

— Ладно, но ты будешь слушаться и делать только то, что я скажу, — наконец согласился Нико,

потирая переносицу.

— Не обольщайся, — ответила я, хотя внутри уже выдохнула. — Но в целом согласна, на рожон

лезть и не собиралась.

— И не будешь без моих приказов отходить от меня ни на шаг.

— Как скажешь, — буркнула я и направилась в спальню собираться. — Дай мне десять минут.

— Пять.

— Шесть с половиной, это мое последнее предложение.

Пока я натягивала джинсы и свитер, руки дрожали так сильно, что я дважды не попала в

рукава. Внутри все сжалось в тугой узел. Я переживала за своего мужа сильнее, чем когда-либо

до этого переживала в жизни. Что с нами случится в аэропорту? Мы спокойно доедем и передадим

флешку? Можно ли доверять тому человеку такую ответственную миссию?..

На кухне я наспех затянула волосы в хвост и схватила телефон.