Хныкнув, я продолжила вгрызаться в землю. Крутила в голове песни, прокручивала события прошедшей ночи и краснела, вспоминая, как, с виду грубые руки в выпуклых венах, на самом деле нежны и ласковы. И насколько сам Петя, кажущийся грубияном, мужланом и неотесанным лесорубом, на самом деле заботлив и нежен. Даже его немного возмущенное ругательство «Васька, блядь!», когда он выпутывался из моих волос, нисколько не оскорбляло, а даже ласкало слух.
Наверное, я поехала крышей на свежем воздухе, если хамоватый фермер для меня стал лучшим мужчиной на свете.
Продолжая работать тяпкой, я подняла робкий взгляд на усердно работающего Петю и снова почувствовала, как зачесались ладони от желание прикоснуться к его спине и огладить его мышцы.
Словно почувствовав мой взгляд, Петя поймал меня с поличным. В густой бороде притаилась хитрая ухмылка.
- Ты кротов добываешь или просто так мне картошку решила расхуярить?
- Ой! – одернула я тяпку, поняв, что, пока засматривалась на Петю, срубила куст картошки и взрыхлила землю между кустами. – А не проще ли купить картошку? Или, если ты не убил спину и руки на картофельном поле, то картошка не считается съедобной и вкусной?
- Вот благодаря таким городским лентяям, как ты, моя картошка хорошо продаётся.
- И ты сам занимаешься всем этим? – мои глаза полезли на лоб. – Я, конечно, понимаю, бизнес и всё такое, но на этом поле же жизнь можно оставить, если всё его окучить.
- Я дурак, что ли, вручную ебошить всё поле? – хохотнул Петя, тоже оперевшись на тяпку, как и я. – У меня для этого трактор есть и не один. И работники.
- А зачем мы тогда…? – обвела я всё, что мы успели сделать за это время.
- Просто, - дёрнул Петя плечами. – Хотел посмотреть, как у тебя сиськи трясутся, пока ты тяпкой орудуешь.
- Что?! – выпучила я глаза и выронила тяпку. – Я тебе сейчас так потрясу… - рыкнула я, снимая перчатки, пока Петя, бросив тяпку, побежал по полю к забору и ловко через него перепрыгнул. Я за ним. – Стой! Больно не будет!
- А приятно будет? – остановился Петя на секунду, чтобы посмотреть на меня.
- Размечтался!
За картофельным полем был лес, в который Петя убежал так быстро, будто ему было семнадцать, а не тридцать семь. Я – двадцатилетняя старуха – за ним не успевала. И, забежав в лес, потеряла его. Ничего, кроме кустов и деревьев вокруг.
- Петя, - позвала я его тихо, боясь, что на мой зов может отреагировать какой-нибудь медведь.
Запах, мха, хвои и приятной лесной прохлады заполнил лёгкие, когда на моей талии сомкнулись руки.
- Попалась, которая залупалась? – прорычал Петя в сгиб моей шеи и спрятал там же лицо, обняв меня крепче.