Боковым зрением уловила, что Петя вошёл в дом в одном полотенце на бедрах.
Мельком глянув на его торс, сама себе в очередной раз позавидовала. Бельведерский торс, не иначе.
- Что за зелье готовишь, ведьмочка? – хрипло спросил Петя, а я с наслаждением прикрыла глаза, чувствуя, как она наматывает мою косу на кулак, и затем тянет вниз, вынуждая открыть шею его поцелуям.
- Приворотное, - выдохнула я, запустив пальцы в его влажные после душа волосы.
- Так я уже. Зря только продукты переводишь, - хмыкнул Петя, нашёл мои губы своими и, запустив ладонь под майку, сжал грудь, снова делая меня в своих руках податливой глиной.
- Могу же я хоть иногда покормить своего мужчину?
- Ну, давай, твой мужчина попробует, что ты там накухарила.
Петя сел за стол, взял вилку и приготовился ждать, когда я поставлю перед ним тарелку тушеных овощей.
- Базилика ты сюда, похоже, всю грядку ёбнула, - протянул Петя, понюхав пар, исходящий от тарелки.
- Мне для тебя ничего не жалко, - улыбнулась я ему милейшим образом и села напротив, подперев кулачком подбородок, чтобы видеть, как Петя станет выкручиваться и врать на грани отравления. Потому что приготовила я редкостную гадость, которая не только на запах отвратительна.
Сделав глубокий вдох, как перед погружением в воду, Петя наколол на вилку немного овощей и, глядя мне в глаза, медленно отправил всё это в рот. Раз прожевал, два…
- Фу, блядь! – ругнулся он тихо, выплюнув всё содержимое рта в салфетку и выпив залпом стакан молока. – Вась, мы же с тобой в самом начале договорились, что я готовлю, а ты красивая. Ну!
Стало обидно. Не любит он меня совсем, раз не хочет немного потерпеть и сделать вид. Что ему вкусно, чтобы сделать мне приятно.
- Можно было просто отодвинуть тарелку и сказать, что ты не голоден. А не плеваться практически в лицо мне, - вспылила я и забрала тарелку, вывернув её в мусорное ведро.
- Ёпвашумать, - выдохнул Петя тихо за моей спиной, пока я нервно, бросив тарелку в раковину, начала её мыть. По полу проскрипели ножки отодвигаемого стула, и я спиной почувствовала, как Петя подошёл ко мне, но не вплотную. Через несколько секунд после очередного тяжелого вздоха, Петя уткнулся лбом в мою макушку и тихо спросил. – Хочешь, чтобы я пиздел тебе во имя любви?
- Немного приукрасил, - буркнула я, похоже, пытаясь протереть губкой дыру в тарелке.
- Ну, вот такой я человек. Не умею я врать и не буду. Тем более тебе.
- Не врать, а приукрасить.
- Хочешь жить с пиздоболом? – спросил Петя и запустил кончики пальцев под мою майку. Нежно погладил кожу живота и спустился поцелуями от макушки к плечу.